А я чувствую, что поступаю с ним сейчас как полная дура. Стас Аверин, которого я успела узнать, точно не заслуживает, чтобы с ним не здороваться.
– Нет.
– Тогда в чем дело?
– Для того, кто просил держаться от него подальше, вы слишком беспокоитесь о моем поведении, Стас Аверин, – немного флиртуя, говорю.
Мажор облизывает губы, а я уставилась как ненормальная на них. Твердые, беспощадные, он целовал ими меня так уверенно и пошло.
– Я не хочу, чтобы кто-то знал, что у нас… – останавливаюсь на последнем слове, изучая реакцию Стаса.
Дурно от продолжения становится.
– Что у нас?
Краснею и позорно опускаю взгляд. Но все равно чувствую победную улыбку Аверина.
– Ну… не знаю, ты скажи, – перевожу стрелки и заламываю пальцы.
– Что именно?
– Что у нас. Между нами же что-то происходит, да? Я это имею в виду.
Румянец опутывает всю с ног до головы. Даже кончики ушей горят от разговора. Проще признаться в своей влюбленности, чем спрашивать, что происходит между нами?
– Может, и происходит, – резко посерьезнев, отвечает.
Короткий, как выстрел, взгляд на Аверина, и я как в бездну падаю. Сердце сжимается и разжимается с непревзойденной скоростью.
– У меня сейчас пара. А потом давай встретимся?
– Раньше ты спокойно прогуливал.
Стас хмурится. На какой-то миг я чувствую, что ему отчего-то больно от моих слов. Душа так и просит разгладить залом между бровями. Хочу, чтобы мажор снова повеселел.
– Сейчас не могу, лисица.
– У меня, вообще-то, тоже пара, – с важным видом говорю.
Только умалчиваю, что вместе с ним, я бы ее прогуляла.
– Тогда после занятий на парковке. Машину мою помнишь?
Фыркаю.
– Боишься, сяду в чужую?
– Только попробуй, лисица.
– Звучит так, будто ты ревнуешь.
Лицо Аверина ничего не выражает. Чувствую, что мой вопрос какой-то неуместный и неправильный. Улыбка тут же сползает с моего лица, и я предпочитаю сделать вид, что ничего и не спрашивала.
Последнюю пару отсиживаю кое-как.
А когда она заканчивается, сгребаю все в рюкзак и, бросив скупое “пока” Аленке, выбегаю из аудитории.
Во рту сухость от волнения. Оно, наверное, никогда не прекратится. Каждый раз перед встречей со Стасом я настолько волнуюсь, что мысли путаются.
Быстро надеваю куртку и выбегаю из института. Студенты еще не успели выйти из классов, потому на крыльце никого и нет. Самая дальняя машина в парковочном ряду принадлежит Аверину.
Кладу руку на область сердца, чтобы успокоить его разрывающие толчки по ребрам.
