Мажор

Пашка Митяев помог добыть засекреченную информацию, а я слепила сюжет. К счастью, успела удалить всю эту чернуху, но вряд ли когда-нибудь найду в себе силы признаться, что собрала на него компромат.

– …Я сбил человека, Злата. Два года назад на захолустной дороге на окраине Москвы чуть не отправил пешехода на тот свет…

– Боже… Но как это произошло? Ты был пьян? Или под кайфом?

– Ни то и ни другое. Самую малость превысил скорость… – безжизненно отозвался Феликс, шумно сглатывая.

– Что случилось дальше? – раскрытая ладонь замерла на его пояснице, ощущая, как напряжены литые мышцы.

– Ударил ногой по тормозам, но было поздно – парень упал посреди дороги… Я перепугался, позвонил отцу. Тот скомандовал немедленно ехать домой, пообещал вызвать Скорую и всё уладить… – Феликс рассмеялся. По телу разлилась волна озноба, потому как этот смех казался абсолютно неуместным. Кажется, любимый находился в шаге от нервного срыва. – Дома отец сообщил, что парень отделался легкими ушибами. Якобы он сразу пришел в себя и расписался в протоколе, что не имеет ко мне никаких претензий.

Папа попросил только на какое-то время поменять машину и больше не возвращался к этому инциденту…

Феликс замолчал, приглаживая соболиные брови подушечками пальцев. Он опустил локти на колени и посмотрел прямо мне в глаза. Вздрогнула, обнаружив на дне двух грозовых облаков признаки приближающегося дождя.

– …Спустя неделю я узнал из новостей, что парень в реанимации, а мой автомобиль объявлен в розыск.

– Феликс…"

"– Я пришел к отцу и сказал, что хочу понести наказание за содеянное.

Но он воспринял эту идею в штыки, ведь я был несовершеннолетним и ездил по фальшивым правам, которые он же мне и подарил. Да и вообще, это могло нанести серьезный урон безупречной репутации семьи Железновых…

– Твой отец хотел защитить тебя. Пожалуй, любой родитель на его месте поступил бы также… – прокашлялась, стараясь, чтобы голос звучал убедительно.

– Он сказал, что уже уладил вопрос с женой пострадавшего: отписал им квартиру в новостройке, положил приличную сумму на банковский счет.

Откупился…

Повисла мертвая тишина.

– Самое главное, он жив… – опустошенно пробормотала я.

– Но что это за жизнь? – Феликс язвительно хмыкнул. – Несколько месяцев спустя я всё-таки приехал к нему поговорить. Решил попросить прощения за свой ублюдочный поступок… Припарковался во дворе и стал ждать его возвращения с работы… – собеседник задрожал всем телом, тяжело дыша. – Но я не смог.