— М-м, — потянул я, закатывая глаза, — ты мне позвонил, чтобы об этом поведать?
— Не угадал, — хмыкает Сечин, — думал тебя к себе за город пригласить, пока отец чилится на Мальдивах. Погода так и шепчет пожарить шашлыков на свежем воздухе и девочек в парилке.
— Не интересно, — сразу же отбиваю я его приглашение, представляя себе приправленный ванилью вечер и внутренне содрогаясь от таких радужных перспектив.
— А что уже есть уже другие планы?
— Да, — вру я, вынимая пистолет и возвращая его на колонку, а затем иду внутрь заправки, чтобы оплатить топливо.
— Ну-ка, ну-ка...
— Собирался с Викой в кино, — на ходу придумываю я отмазки, — уже билеты купили, сеанс через час. А потом хотели...
— Ладно, ладно, — перебивает меня Сечин, — я понял. Передам девчонкам, что ты у нас парень занятой и нам придется отрываться без тебя.
— Девчонкам? — осторожно спрашиваю я, пока за ребрами противно что-то ноет. Растираю грудь, морщусь, качаю головой.
Блин, ну я же себе обещал. Что началось-то опять?
— Да, — отвечает Егор, — Ляля прихватила с собой Аксинью.
Бах!
Это мне в солнечное сплетение прилетело здоровенным таким ментальным молотом. Одно имя, семь букв — а мне будто опять торакотомию без анестезии выполнили.
Чертова девка.
— Хорошего вечера, — скриплю я сквозь стиснутые зубы.
— Ага, спасибо. И тебе того же по тому же. Ладно, давай. Вовчику сейчас еще позвоню, он давно хотел встретиться.
И отключился.
— Ну не гандон ли? — прорычал я, смотря с ненавистью на телефон, а затем и на оператора-кассира, который ждал моей оплаты за топливо.
— Простите? — смущенно заправила выбившуюся прядку за ухо миловидная девушка и нерешительно улыбнулась мне, а я зачем-то снова вспомнил пуленепробиваемую Бронштейн.
Чтоб ее черти драли!
— И вы меня, — раздраженно выдохнул и нацепил на лицо маску рубахи-парня, — пятая колонка, девяносто восьмой, полный бак...
Спустя две минуты уже возвращался к своей тачке, держа в руках чек за покупку с приписанным на нем номером телефона улыбчивой кассирши. И я бы мог получить ее уже в этот же вечер, но не хотел.
Не интересно. Пресно. Слишком легко.
А может я просто латентный мазохист и поэтому меня так вставило на Бронштейн, м-м? И все её эти «нет», «фи» и «убери от меня свои руки» просто стимуляторы для моих больных мозгов? А иначе почему еще до сих пор я не выкинул эту рыжую кикимору из своей головы?
Подумаешь красивая. Я видел и получше.
Наверное..."
"Минут двадцать ехал куда глаза глядят, вообще не разбирая дороги.
