Меч Лета

С той поры я и помнил, что под игровым табло там есть служебные двери.

Одна из них оказалась незапертой, и мы сквозь нее проскользнули внутрь.

Не могу сказать, что там нам открылся чудесный и скрытый от посторонних взглядов мир спорта. Возле одной стены были сложены штабелями разобранные строительные леса. Возле другой лежали зеленые карточки с цифрами, которые во время матчей вставляют в табло. Вот и все, не считая спортивных матов да бетонных опор стадиона, покрытых, словно татуировкой, граффити, накопившимися за много десятков лет.

Но мы же сюда явились не в поисках достопримечательностей. А главным качеством, которое нам сейчас требовалось, это пространство вполне обладало. В нем было темно.

Блитцен опустился на стопку матов и начал стягивать сапоги. Из них посыпались желуди, и я уставился на его пижонские носки с огурцовым орнаментом в тон жилету.

– Ну у тебя и прикид, приятель, – вырвалось у меня. – Стильненько смотришься.

Он гордо выпятил грудь.

– Спасибо, Магнус. Признаться, при свойственном мне тонком вкусе достаточно трудно было целых два года одеваться как оборванец.

Ой, извини. Конечно, ничего личного, – спохватился он.

– Конечно, – даже и в мыслях у меня не было обижаться.

– Я ведь привык одеваться именно так, как сейчас, – успокоившись, продолжал он. – Всегда уделял большое внимание своему внешнему виду и вполне отдаю отчет себе в этой маленькой слабости.

Хэрт исторг нечто среднее между чихом и фырканьем и вопросительным жестом осведомился:

– Молчал бы уж, – буркнул Блитц.

 – Воображаю, как бы кошмарно ты выглядел без моих советов. Разве не я купил тебе твой полосатый шарф. – Он перевел глаза на меня, явно ища поддержки. – Этот черный его костюм и светлые волосы! Мне с первого взгляда сделалось ясно, что ему требуется яркая цветовая деталь. Вот я и внес в его гардероб легкую нотку дерзости при помощи красно-белого полосатого шарфа. Тебе не кажется, Магнус, что я совершенно прав?

– Ну да, – согласился я и торопливо добавил для ясности: – Только, пожалуйста, мне такого не предлагай.

И носки в огурец тоже носить не буду.

– Мне изменил бы природный вкус, начни я тебе предлагать такое. На тебе подобные вещи выглядели бы ужасно, – хмуро глянул на свой шикарный сапог Блитцен и, резко свернув тему гламура, добавил: – О чем, значит, мы перед этим говорили?

– Ну, в первую очередь мне хотелось бы знать, зачем вы все эти два года за мной наблюдали?

– Тебе ведь уже было сказано: босс, – не замедлил с ответом Хэрт.