Меч Лета

Выражение лиц большинства из них было от меня скрыто дальностью расстояния, но мрачно-серая физиономия полутролля Икса, которая возвышалась над всеми, не обещала мне радостной встречи. Гунилла явно переманила моих соседей по этажу под свои знамена, и они вышли сражаться против меня.

Я затрясся от ярости. Если бы только мог, отправился бы прямо сейчас на рыбалку с огромным мясным крюком и Гуниллой в виде наживки. Рука моя потянулась к кулону с руной.

– Нет, Магнус, нет, – остановила меня Сэм. – Сосредоточься на утках.

Нам надо как можно скорей уйти в другой мир.

Прибывшие вместе с Гуниллой валькирии, выхватив из-за спин сияющие копья, направили их острия в мою сторону и скомандовали эйнхериям приготовить оружие. Гунилла метнула в нас два из своих молоточков.

Один из них Сэм отразила щитом, второй сбила с курса в воздухе топором, и вместо нас он вонзился по самую рукоятку в ствол ивы. Три валькирии на той стороне улицы взмыли в воздух.

– Я с ними всеми не справлюсь, – предупредила Сэм. – Либо мы спешно отсюда уходим, либо они нас схватят.

Я попытался сосредоточиться на утятах, но мне мешали ярость и паника.

– Дайте мне больше времени!

– У нас его нет, – как раз в этот момент отбила щитом еще один молоточек Сэм. Удар был столь сильный, что щит треснул посередине.

– Хэрт, – ткнул его в руку Блитцен. – Теперь уже надо.

Эльф крепко нахмурился, сжал губы и, запустив руку в кисетик, достал из него рунную плашечку, сжал в ладонях, как держат пойманную птицу, и что-то принялся ей бормотать безмолвно, лишь губы его шевелились, а затем подбросил плашечку в воздух, и она взорвалась над нами, превратившись в пылающую золотым светом руну:

Расстояние между нами и отрядом карателей капитана Гуниллы вдруг увеличилось.

Валькирии продолжали лететь к нам на бешеной скорости. Мои товарищи по этажу вытащили оружие и ринулись на нас в атаку. Однако ни те ни другие не приближались к нам ни на шаг.

Мне это напомнило дешевые мультики 1970-х, в которых экономили на картинках.

Герои перемещались, а фон не менялся, и выходило как бег на месте. Чарльз-стрит спиралью вилась вокруг наших преследователей, и они неслись по ней, как хомяк в колесе, а я наблюдал впервые собственными глазами то, о чем мне рассказывала в Вальгалле Сэм. Руны в умелых руках и на самом деле были способны менять реальность.

– Райдо, – произнес с одобрением Блитцен. – Руна колес, дорог и путей. Видишь, Хэртстоун добыл тебе чуть-чуть времени.

– Всего лишь секунды.