Меч Лета

Один из столов был сделан в форме повозки со стеклянной столешницей. Другой выглядел как шахматная доска с кисточками, инкрустированными оловом и латунью. Разнообразие стульев впечатляло не меньше – от вполне традиционных до таких, у которых вручную регулировалась высота сиденья, или с помощью пульта менялись и наклон спинки и другие параметры, или вмонтированный в конструкцию вентилятор при желании мог охладить перегревшегося посетителя.

У левой стены три гнома играли в дартс. Кольца мишени вращались и выпускали пар.

– Отличный удар, – только и оставалось буркнуть первому игроку.

В этот момент мы как раз добрались до стойки бара, за которой нас встретил сам Набби. Сразу понять, что это именно он и есть, мне, конечно же, помогли, во-первых, высокоразвитые способности к дедукции, а во-вторых, надпись «Привет! Я Набби», которая красовалась на его заляпанном пятнами желтом фартуке.

Сперва я решил, что это самый высокий гном, которого мне приходилось до сих пор видеть, но, глянув за стойку, заметил, что он просто стоит на довольно высоком помосте, собственного же роста в нем не больше двух футов, включая черную шевелюру, торчавшую на его голове, как иглы морского ежа. Глядя на гладко выбритое лицо Набби, я понял, почему гномы по большей части предпочитают отпускать бороды. Подбородок у него просто отсутствовал, а ротик был кисло поджат.

– Привет тебе, Блитцен, сын Фреи, – смерил он нас столь брезгливым и неприязненным взглядом, словно мы перед тем, как к нему явиться, вывалялись в грязи. – Надеюсь, на сей раз в баре не будет никаких взрывов?

– Я тебя тоже очень рад видеть, Набби, сын Лоретты, – поклонился Блитцен. – А про те взрывы… Хочу, справедливости ради, заметить: гранаты принес не я. А теперь познакомься с моим другом Магнусом, сыном… ну да, Натали.

Набби кивнул мне, и я заметил, что брови у него двигаются, как живые гусеницы.

Я хотел было забраться на барный стул, но Блитцен меня остановил.

– Позволь спросить, Набби, можно ли моему другу воспользоваться этим прекрасным стулом и какое у него имя, а также история? – с крайне официальным видом произнес он.

– Имя он носит ОТДЫХ ДЛЯ ЗАДНИЦЫ, – сообщил Набби. – Смастерил его Гонда, и в свое время он служил надежной опорой для тухеса знаменитого мастера-кузнеца Алвиса.