Меч Лета

Я, конечно, поднаторел в этом плане за годы жизни на улице, но столь забористых и смачных рулад мне еще никогда не приходилось слышать.

Он стоял возле противоположного берега, утопая по грудь в бурно пенящейся воде, и, если бы не держался за одинокий кустик, торчащий из совершенно гладкого каменного утеса, его унесло бы вниз по течению, где острые пороги разделяли реку на несколько водопадов, попав в которые Тор был бы мигом размолот в паштет.

Кустик уже трещал, готовый в любой момент вырваться с корнем, а Тор орал:

– Помои в глаза вам и бороды в задницы! Это ты, что ли, Отис? Где моя артиллерия? Где поддержка с воздуха? Куда, копытом по гривам, делась моя кавалерия?

Нас от него еще отделяло достаточное расстояние, и бог грома виделся мне сквозь туман и взвесь воды весьма фрагментарно.

Рыжие волосы до плеч, густая курчавая рыжая борода, руки с бицепсами-шарами, как у культуриста, выглядывавшие из-под кожаной рубашки. Железные рукавицы с крагами. И кольчужный жилет, который Блитцену наверняка показался бы очень модным.

– Я здесь, босс, – проблеял, едва мы приблизились, Отис. – Привел двух ребят и мертвого эльфа.

– Он не мертвый, – снова внес уточнение я.

– Он полумертвый, – согласился на компромисс Отис.

– Какого Хельхейма толку от них?! – взревел Тор. – Мне нужно, чтобы эту великаншу убили! Убили немедленно!

– Великаншу? – начал в недоумении озираться по сторонам я.

– Экий ты глупый, – легонько боднул меня Марвин. – Туда вон гляди, – указал он мне рогом в сторону водопада.

Туман на вершине утеса как раз в это время рассеялся, и я наконец усек суть проблемы.

– Святой Хеймдалль, – сдавленным голосом проговорила Сэм.

То, что мне показалось сначала каменными колоннами величиной с небоскреб, было на самом деле ногами. Огромнейшими ногами с такой серой и грубой кожей, что они ни фактурой, ни цветом не отличались от каменных утесов. Великанша была столь высокой, что Годзилла бы рядом с ней показался карликовым пуделем, а небоскреб Сирс-Тауэр выглядел бы дорожным предупредительным конусом.

Платье ее, доходящее до середины бедер, было сшито из стольких шкур, что, похоже, на него пришлось извести по несколько дюжин различных видов животных. Лицо великанши, находящееся где-то в области стратосферы, мрачно-каменным выражением напоминало физиономии президентов, выбитые на горе Рашмор. На голове ее ураганом вились густо-черные волосы. Она обхватила своими гигантскими кулачищами вершины холмов по обеим берегам реки.