Меч Лета

Дверь распахнулась.

Едва я вошел, челюсть моя отвисла чуть ли не до пола.

Этот номер был много лучше любого места, где я когда-либо жил или которые я когда-нибудь видел, включая особняк дяди Рэндольфа.

В полном трансе я дошел до центра своего нового жилища, где находился открытый лазурному небу атриум. Ботинки мои утопали в густо-зеленой траве. Четыре огромных кряжистых дуба колоннами обрамляли садик. Нижние ветви деревьев вытянулись во все стороны вдоль потолка, переплетаясь с балками, а ветви повыше проросли сквозь отверстие в потолке, образовав ажурный навес.

– Это как же? – уставился я на Хундинга. – Над нами ведь еще несколько сот этажей. Откуда тогда здесь открытое небо? И вообще, сейчас самый разгар зимы, а тут солнечно и тепло.

– Да кто ее знает, причину-то, – пожал он плечами. – Такое, видать, волшебство. Это же твоя жизнь после смерти, любезный; вот тебя и решили маленько взбодрить.

– Да ну? – Я абсолютно себя не чувствовал заслужившим подобное и с изумлением озирался вокруг.

Он атриума крестом располагались входы в четыре других помещения, каждое из которых достигало размера квартиры, где жили мы с мамой.

Одно из них было прихожей. Второе – спальней с огромной кроватью, но крайне скудно и просто обставленной, несмотря на внушительные размеры. На кровати – бежевое покрывало и пухлые подушки с оборками. Бежевые стены – без картин, зеркал и прочих украшений.

А ведь мою детскую комнату мама тоже обустроила безо всяких рюшечек с финтифлюшечками. Я с младенчества плохо спал, если в комнате не было совершенно темно и что-то меня отвлекало. Моя новая спальня в точности соответствовала всем этим требованиям. Словно кто-то, проникнув мне в мозг, извлек из него информацию о моих предпочтениях.

Левый отсек взбодрил меня гардеробной и отделанной черно-бежевой плиткой (мои любимые цвета!) ванной комнатой, где обнаружились сауна, душевая кабина, встроенный шкаф, джакузи и ватерклозет с фасонным и навороченным троном, достойным почетных мертвецов с заслугами и пера великих поэтов.

В четвертом крыле находилась вполне себе полноценная кухня, а из нее я попал в гостиную с кожаным диваном, напротив которого висела плазменная панель с шестью игровыми приставками в медиаэтажерке.