Меченый

 – Галликсен перевел взгляд с меня на большую красную папку. – Вы знакомы с Брэдли Хьюиттом?

Артур Галликсен представил нас, и высокий седой мужчина сказал:

– Я слышал о вас, мистер Карл.

Баритон был роскошный, почти как костюм на его хозяине.

– Надеюсь, ничего плохого? – спросил я.

– Слишком многие из нас надеются напрасно. – Хьюитт произнес это без улыбки, но и без злости. Как будто в неприятной ситуации по чужой вине оказались все мы – за исключением одного человека. Когда он посмотрел на Терезу, выражение его лица резко изменилось.

– Она всего лишь хочет проводить время с Белль, – сказала Бет.

– Вы считаете, моей дочери это пойдет на пользу? – спросил Хьюитт.

– Девочке нужна мать.

– Но не такая, – возразил Брэдли Хьюитт.

– Вы можете уделить мне секунду, Виктор? – спросил Галликсен.

Я взглянул на Бет, она кивнула, и мы с Галликсеном отошли в сторону.

– Вы, конечно, понимаете, что совершаете ошибку, – сказал Галликсен. – Я мог бы понять, если бы такое ходатайство подала Бет – ее никогда не беспокоили политические реалии, – но меня удивляет, что в это дело вовлечены вы.

– Мы представляем женщину, которая хочет снова заботиться о своей дочери. Какие политические реалии я упускаю?

– У мистера Хьюитта связи в высших правительственных кругах.

– И он использовал их, чтобы разлучить мать с дочерью.

– Он использовал эти связи, чтобы защитить свою дочь от безответственной женщины. Все, что хочет ваш клиент, – это деньги, которые будут выплачиваться за опекунство.

– Это угроза, Артур? Я давно ожидал, что она последует, – с того момента, как взялся за это дело.

– Отнюдь не угроза, Виктор. Просто информация к размышлению. Мистер Хьюитт готов согласиться на надзираемые посещения для вашего клиента.

– Она уже отвергла это предложение. Нам нужно совместное опекунство, пятьдесят на пятьдесят.

– Очень жаль. Мне не хочется лишать мать возможности хотя бы иногда видеться со своим ребенком.

– Так, всякая всячина.

– У меня тоже есть красная папка. Это хорошая уловка. Кстати, насколько мне известно, вы занимаетесь крайне деликатным делом, в котором фигурирует объявленный в розыск человек и некая картина. Я надеюсь, здесь не произойдет ничего, что помешает вашим усилиям, направленным на защиту другого клиента.

– Вот теперь это точно угроза.