Меченый

Да, меня продолжало терзать тайное желание служить фирме «Талботт, Киттредж и Чейз», то есть добиться того же, что и Стэнфорд Куик.

– Принести вам что-нибудь выпить, мистер Карл? – спросила очень симпатичная девушка, которая проводила меня в конференц-зал «Талботт, Киттредж и Чейз» на пятьдесят четвертом этаже здания на Либерти-плейс.

Девушку звали Дженнифер. Она предложила мне сесть в кресло из натуральной кожи, стоящее возле стола с мраморной крышкой, напротив огромного, от пола до потолка, окна. Вид на город до самой реки Делавэр захватывал дух.

Я погрузился в кресло как в облако.

– Воды будет достаточно, – сказал я.

– Газированной или минеральной? – уточнила Дженнифер. – У нас есть «Сан-Пеллегрино» и «Перье», есть «Эвиан» и «Фудзи», а есть чудесная артезианская вода из Норвегии, которая называется «Восс».

– Вы помогаете всем юристам в фирме, Дженнифер?

– О нет, мистер Карл, я работаю исключительно с мистером Куиком.

Я прихлебывал артезианскую воду, любуясь панорамой города, когда в зал вошли Джабари Спурлок и высокий элегантный Стэнфорд Куик.

Они выглядели крайне раздраженными и не выказали радости по поводу моего присутствия.

– Спасибо, что откликнулись на наше приглашение, Виктор, – сказал Стэнфорд Куик, после того как оба с мрачными лицами и горящими глазами уселись за стол.

– Вы не оставили мне выбора, – ответил я. – Мне приходилось слышать более сдержанные приглашения от налоговой службы.

Спурлок сжал руки на столе и агрессивно подался вперед.

– Надеюсь, вы представляете, насколько мы озабочены событиями последних дней и тем, как они сказываются на репутации фонда Рандольфа.

Именно поэтому я настоял на нашей встрече и решил, что она состоится не в фонде Рандольфа, а в этом офисе. Возникла достаточно тревожная ситуация, когда сведения о наших предположительно секретных переговорах выплеснулись на страницы газет и экраны телевизоров. Но она станет абсолютно нестерпимой, если Фонд начнут связывать с убийством.

– Я не утверждал, что имеется подобная связь.

– Вас видели около места преступления, – сказал Спурлок.

 – Вам задавали вопросы в прямом эфире. Связь очевидна.

– Давайте проясним кое-что, – сказал я. – Утечку информации в прессу о нашем первом разговоре допустил не я. Я никому ничего не говорил, даже партнеру, и сам немало удивился шумихе, поднятой телевидением. Поэтому ищите предателя среди своих.

Спурлок вопросительно посмотрел на Куика, но тот лишь пожал плечами в ответ.

– Мы никому ничего не говорили, – заверил меня Спурлок.