Мечников. Том 3. Живое проклятье

— Микроскоп я подготовлю завтра. Думаю, у меня получится подобрать оставшиеся компоненты в городе.

— Погоди, а зачем тебе моя кожа тогда сейчас нужна? — не понял дядя. — Если ещё даже микроскоп не готов.

— Потому что, во-первых, мне ещё из неё готовить специальный срез. Долго рассказывать, просто поверь на слово. С этим ещё предстоит повозиться, поскольку у меня может не получиться с первого раза, — объяснил я. — А, во-вторых, нужно понять, можем ли мы вообще отнять у тебя кусок кожи или она намертво окаменела!

— Слушай, а помнишь, как меня куснул этот чёртов упырь в Красногривовском лесу? — задумался дядя.

— Он ведь зубы себе все переломал! А на ноге осталось лишь несколько вмятин. И они, кстати, потом полностью исчезли!

— Ого… — улыбнулся я. — А это очень хорошо! Прекрасно, что ты это заметил. Это мне тоже поможет.

Если бы вмятины на ноге остались, то всю микроскопию в целом можно было бы отменять. Это бы означало, что поверхностные ткани ноги мертвы и действительно теперь неотличимы от камня.

А раз ранки от укуса зажили, то в твёрдой коже дяди всё ещё идут жизненные процессы. А значит, я точно смогу найти там клетки и разобраться, что за чертовщина в них происходит.

И когда мы с Олегом приступили к делу, до нас дошло, что ранее мы даже не догадывались, насколько предстоящая задача окажется трудновыполнимой.

— Да выкинь ты этот наждак, бесполезно! — воскликнул дядя. — Ножом давай!

— Уверен? Ты боль вообще чувствуешь? — уточнил я.

— Не чувствую я этой ногой ни черта.

Иногда кости ломит, но по коже хоть молотком бей. Я даже не замечу!

Когда два ножа оказались сломаны, мы взяли за последний и попробовали протолкать его лезвие в ткань ударом молотка. Но молоток отскочил, а нож сломался аж в трёх местах.

— Давай саблю тогда! Раз уж начали — дело нужно довести до конца! — заявил Олег.

— Нет уж, саблю я уродовать не буду. Она точно сломается. Дай мне пару минут, я подумаю, что ещё можно предпринять.

Вот этого я и боялся. Микроскоп соберём, а препарат тканей ноги сделать не выйдет.

В целом можно было бы отщепить часть кожи обратным витком, но тогда все клетки могут умереть, и в микроскоп я увижу кашу вместо хоть какого-то подобия тканей.

Можно было бы попросить Игоря… Раскалённым ножом каменная кожа расступилась бы более охотно. Вот ведь зараза! Что ж я сразу об этом не подумал! Мне ведь потом в любом случае придётся нарезать образец на тончайшие «ломтики», чтобы они могли пропускать через себя свет в объектив.