Я, Подалирий и Грифон. Морской Бог тоже нам помогает, но лишь косвенно. Изредка делится с нами своей силой, чтобы император не потерял Саратовскую губернию.
— А Махаон так и не собирается нам пока что помогать, да? — усмехнулся я.
— Ха! — усмехнулась Гигея. — Нет, он считает, что объединение — выше его достоинства. Да и ты сам уже должен был понять, что его избранник Павлов тоже недалеко ушёл от этого мнения. Они — одиночки. У них нет никакого желания вступать в команду с другими силами. Им хочется самостоятельно очистить Хопёрский район.
Однако цели они преследуют исключительно корыстные.
— Битва с некротикой только началась, Мечников, — сказал Грифон. Его тело уже начало распадаться на мельчайшие частики, перемещая бога в его собственный мир. — Будь готов, что этой весной всем нам придётся несладко.
— Мы — последняя линия обороны, — добавила Гигея, исчезая точно так же, как и Грифон. — Между миром тёмной магии и остальным человечеством. А ты в этой войне — наш генерал. Мы возлагаем на тебя большие надежды.
Как только Гигея закончила свою речь, её тело уже полностью испарилось, и я остался в комнате один.
М-да… Когда я начинал свою деятельность в Хопёрске, мне даже в мыслях не приходило, что когда-нибудь боги окрестят меня своим генералом. Вот только если верить записям, к генералу на завтра записалось почти тридцать человек. Так что самое время забыть о происшествиях прошедшего дня и подготовиться к главной задаче лекаря. Какая бы война здесь не назревала, пациентов никто не отменял.
Как раз наоборот. Теперь из-за воздействия тёмной магии их будет становиться только больше.
И на следующее утро я понял, что моя гипотеза была даже слишком оптимистичной. Ведь в очереди в амбулаторию стояло более сотни человек. А это — огромное количество людей. Если представить, что в городе живёт пять тысяч, и ещё примерно две с половиной тысячи в сёлах и деревнях…
Получается, что процент посещаемости просто феноменальный. В моём мире в городах-миллионниках столько больных не захаживало.
Скорее всего, мы с Сеченовым сегодня примем по тридцатке, а всех остальных разделим между Синицыным, Родниковым и Решетовым. Главное, чтобы Василия Ионовича сильно не напрягали. Всё-таки возраст ему уже не позволяет осматривать такое количество человек."
"Как бы Илья не хотел уволиться, нагрузка на амбулаторию пока этого не позволяла. Он сам не желал уходить и оставлять людей без помощи, когда в нашем районе происходит такое.
