Мечников. Том 7. Расцвет медицины

И это я ещё не учитываю количество своих изобретений.

В данном случае Ефремов — не тот, кто должен диктовать мне условия.

— Ух вы какой… — погрозил мне пальцем Константин Фёдорович. — А вы мне нравитесь! Я бы расстроился, если бы увидел на вашем месте занудного педанта. Вот это — по мне!

М-да, а ректор-то самую малость того… Мягко говоря, чересчур экспрессивный.

Что ж, а я этим воспользуюсь! Из любопытства.

— Но вы так и не ответили на вопрос, Константин Фёдорович, — улыбнувшись, произнёс я. — Каким образом вам удалось скрыться?

— Эх, а вот это — совсем скучный вопрос, — буркнул он.

— Все студенты академии знают, как мне это удаётся. Только никому не удаётся это повторить. Тайны тут никакой нет. Я просто умею перестраивать структуру кожных покровов таким образом, чтобы она отражала свет и подстраивалась под окружающую среду. Ну… Знаете, может, слышали когда-нибудь про таких экзотических зверей, как хамелеоны! Я — большой любитель зоологии. Не только людьми занимаюсь, как вы уже догадались. Так что…

— Я понял, господин Ефремов, — перебил ректора я.

— Так, давайте подытожим, каковы мои обязанности. Вы прислали мне письмо, но так толком и не объяснили, чем я должен заниматься в вашей академии.

— Для начала я хотел бы, чтобы вы прошли небольшой испытательный срок, — хитро улыбнулся он. — До старших курсов я вас пока допустить не могу, но… У нас есть группа третьекурсников, которые находятся на грани отчисления. Десять человек, которые явно решили забросить лекарское дело. Уж не знаю, в чём там проблема! Либо они решили устроить бунт против своих родителей, либо развлекаются таким образом.

А, может, банально умом не блещут, — ректор покрутил указательным пальцем у виска. — Вот с ними вам и предстоит разобраться, Алексей Александрович.

Вот так повезло! А ведь мой предшественник был точно таким же разгильдяем. Вернулось в итоге всё это бумерангом, но только не к нему, а уже ко мне. Но это может оказаться весьма интересным опытом.

— Константин Фёдорович, чуть больше конкретики, — попросил я.

— Допустим, я начну вести эту группу. А что конкретно вы ждёте от них и от меня? В чём цель этого испытательного срока?

— Отличный вопрос, господин Мечников! — воскликнул он. — Тут всё просто. Сейчас конец апреля. В середине мая уже наступят экзамены для отстающих. Если они их не сдадут, то их не допустят до государственных экзаменов, которые для всех студентов проходят в конце июня. Ваша задача — довести хотя бы шестерых студентов до конца.