Мечников. Том 7. Расцвет медицины

— Вы что… Действительно его убили⁈ — воскликнул я и тут же приступил к сердечно-лёгочной реанимации.

Тридцать нажатий, два вдоха. Прожимая грудную клетку больного, я перевёл взгляд на одного из ближайших студентов и узнал в нём Широкова. А ведь это — тот самый парень, который прошлой ночью выносил горшки за Кастрицыным. Один из помощников Александра Ивановича Разумовского. Вот уж не думал, что он тоже окажется среди отстающих студентов.

— Широков! — осознав, что группа «3В» не станет мне отвечать насчёт убийства однокурсника, я позвал знакомого лекаря.

— Кажется, ещё вчера вы хотели со мной пообщаться?

А в голове, не прерываясь, звучал таймер. Шесть, семь, восемь…

Важно соблюсти соотношение нажатий на грудную клетку и совершённых вдохов. Только тогда появится шанс реанимировать пострадавшего.

— Д-да, я вроде вчера… Ну… Пытался с вами заговорить, — пробубнил Широков.

— Вот сейчас — самое время! — воскликнул я.

Одиннадцать, двенадцать, тринадцать…

— Как только дам сигнал, — сообщил я Широкову.

— Вдыхайте в него воздух. Два раза!

За спиной студента, разумеется, послышались смешки. Видимо, они догадались, что конкретно я хочу от парня.

— Ч-через рот? — усевшись рядом с пострадавшим, спросил он.

— Да, через рот. А вы как думали?

И снова смех. Вот ведь болваны! О методике совершенно ничего не знают, зато смеются над тем, что их однокурсник будет вдувать воздух в рот другого парня.

— Смешно вам? — мысленно продолжая отсчёт, прикрикнул я. — Поступили в лекарскую академию — так будьте любезны убрать из своих голов дурацкие предрассудки.

На первом месте стоит помощь человеку. Посмотрел бы я на вашу реакцию, если бы кто-то из вас оказался на его месте. Дыхания нет, сердцебиения нет, а никто из ваших коллег лекарей не хочет сделать искусственное дыхание параллельно с массажем сердца. Позорище!

Двадцать два, двадцать три…

Проклятье, да что же с его грудной клеткой? То ли он переборщил с тренировками, то ли костный аппарат страдает от какого-то редкого заболевания.

Но прожимать грудь слишком тяжело. Будто мне не хватает сил. Так ещё и Широков никак не подготовился к искусственному дыханию! Тьфу ты!

Я бы мог поменяться местами с Широковым, но он точно не понимает, как надавливать на грудную клетку. Либо не дожмёт, либо наоборот, пережмёт и переломает к чёртовой матери все рёбра пациенту.

Особенно опасно сломать мечевидный отросток. Это — край грудины. И находится он прямо над печенью.