Сердце внезапно забилось в бешенном ритме, и я мысленно благодарю того, кто разбил лампочку на фонарном столбе, потому что в такой темноте невозможно рассмотреть мои красные щеки, выдающие смущение.
И чего разнервничалась, спрашивается?
— Нет, все нормально, — отвечаю запоздало и стараюсь не выдавать свое разочарование, когда исчезают тёплые объятия.
— Учти, я не дам тебе больничный, если ты сломаешь ногу или вывихнешь лодыжку. Что там вообще в кино идет, не знаешь? Хотя, ладно, я готов пойти даже на слезливую мелодрамку, лишь бы поесть попкорна на последнем ряду.
…последнем ряду… Единственное, что отпечатывается в мозгу. Все это смахивает на свидание, но конечно же это не свидание. Марку просто захотелось поесть попкорн в кино, а я так не вовремя оказалась в салоне его авто.
Мы действительно покупаем билеты на последний ряд. На ряд для влюбленных парочек. Запасаемся двумя огромными ведерками попкорна, чипсами, шоколадками и колой. Я хотела заплатить за себя, но Марк посмотрел на меня таким взглядом, что я быстро заткнулась и спрятала в сумочку кошелек.
До начала сеанса остается пятнадцать минут, мы сидим на желтых диванчиках друг на против друга, уничтожая запасы попкорна и болтая о всякой ерунде, словно мы и вправду влюбленная парочка/друзья (нужное подчеркнуть).
Несколько раз у Марка звонит телефон, он сбрасывает вызов, быстро печатает что-то в ответ, но единственное что удаётся разглядеть на дисплее — АлинаБулки. Сомневаюсь, что Булки это ее фамилия.
Внутри неприятно кольнуло от осознания того, что если он не заводит ни с кем отношения в офисе, то это не означает, что за пределами него они тоже отсутствуют.
И если у него на самом деле есть девушка, то какого черта мы сейчас делаем в кинотеатре?
Я делаю глоток колы, обвожу взглядом зал и, к своему удивлению, замечаю бывшего парня, идущего за ручку с какой-то девицей. И направляются они прямо в нашу сторону.
Только не это, Господи, пожалуйста!
Не скажу, что у меня остались еще какие-то теплые чувства к Леше, но видеть его, тем более такого вот счастливого и в компании красотки, мне вовсе не хотелось.
Я представила себя со стороны — почти без макияжа, уставшая, серая и обыденная — и мне вдруг захотелось стать невидимкой или растворится в воздухе.
Если я и хотела бы с ним когда-то вот так случайно пересечься, то только когда, когда буду при полном параде, с подтянутой задницей и большими сиськами.
Хорошо хоть я решила оставить дома очки. Вот это позорище было бы.
