Медаль для разведчика. «За отвагу»

Немцы могут устроить по светлому времени облаву, ночью не рискнули. Надо убираться с дневки. Манков по карте определился. Им теперь не от места посадки самолета к мосту двигаться, а на восток, расстояние короче. Лишь бы к своим выйти, а там уж доберутся. Вдоль железки и Минского шоссе идти опасно – патрули, кроме того, огромный город обходить придется, а это изрядный крюк. Держали направление на Узду, было такое большое село на развилке шоссейных дорог. И это для разведчиков удобно, путь к селу пролегал по лесу. Только у деревушки Прусиново пришлось узкую грунтовую дорогу пересечь.

Но немцы уже не рисковали по лесам одиночной машиной передвигаться, дорога пустая, перебежали. К Узде вышли неожиданно. Шли по густому лесу, потом посветлело, они на опушке, село перед ними. Судя по карте, километров восемнадцать-двадцать отмахали.

– Катков, привал, передохнем маленько.

Манков в плохом настроении, хмур, удручен срывом операции. Да еще при ранении кровь потерял, ослаб. Игорю не говорит, темп держит, но видит Игорь – тяжело ему, дышит часто, лицо бледновато.

Игорь лег, ноги на дерево задрал, так быстрее отдохнуть получается. Манков спиной к дереву привалился, глаза прикрыл. Да похоже – задремал. Со стороны деревни, до которой сотня метров, едва слышны крики.

Игорь встал, присмотрелся. Два немца за курами гоняются, хохочут, весело им. А что это там? Игорь бинокль командирский из сидора достал, к глазам поднес. Из-за изгороди выглядывает нос бронетранспортера. Это был самый распространенный в вермахте полугусеничный Sd kfz 251/1.

Экипаж – водитель и командир, вмещал двенадцать человек пехоты. В передней и задней частях открытого сверху кузова стояли пулеметы MG-34 или MG-42. Напоминал из-за наклонов брони гроб на гусеницах. При боевой массе в девять тонн мало уступал танкам по проходимости.

– Командир, броневичок наблюдаю, – подал голос Игорь.

– И зачем он тебе сдался? До своих доехать с шиком хочешь? Пустое!

– Командир, – повернулся к Манкову Игорь. – Задание мы не выполнили. Парней потеряли.

А спросят с кого?

– По больным мозолям потоптаться хочешь? Давай! – Манков сплюнул.

– Э, командир! Не понял ты! Броневичок – это наш шанс выполнить поставленную задачу.

Несколько секунд Манков молчал, осмысливая услышанное. Потом оживился, приподнялся на локте здоровой руки.

– Наблюдал двух фрицев. Ножом обоих без шума сниму. Тогда броневичок наш. Дуем к мосту. У охраны пулеметы в гнездах и стрелковое оружие. Броневику обстрел из винтовок и пулеметов не страшен.