Медаль для разведчика. «За отвагу»

Экипажи в двух избах разместились, если до ночи не уедут, что очень нежелательно, выставят часового. Одиночку снять просто.

Игорь мысленно уже план разработал. Сначала часового снять, потом вывести из строя рацию, а лучше и сам транспортер, чтобы погоню не устроили. А уже потом заводить и срочно убираться. На военной бронетехнике ключей зажигания нет. Стартер запускается по-разному – ножной педалью, кнопкой, тумблером. При фонарике разобраться быстро можно, немцы аккуратисты и педанты, у каждого рычажка или кнопки обязательно надпись.

Внутри такого транспортера Игорь раньше уже был один раз. Правда, к управлению не приглядывался, а выходит – зря. Но что точно помнил – руль есть, а не рычаги, как у танка. И для управления направлением впереди колеса, гусеницы лишь движение и проходимость обеспечивают. Мысль нехорошая в голове мелькнула: а вдруг транспортеры сломаны, техпомощи ждут? Он тогда влипнет по полной. Стартер завоет, немцы всполошатся, к бронику кинутся, а двигатель не заведется. Транспортер уязвим, верх открыт.

Сверху кинули гранату, и капут. Да и забраться внутрь пара пустяков. Ногу на гусеницу, ухватился руками за край борта, подтянулся, и ты уже внутри. Поэтому дергать из деревни надо сразу, не прогревая двигатель. Тянуть будет плохо на первых километрах, тоже учесть надо.

Вернувшись, доложил об обстановке и своем плане.

– Хм, план уже придумал. Только я себя в нем не вижу.

– Подстраховка. Вы с моим автоматом, мне пистолет отдаете. Лишний груз мне ни к чему. Как заведу, подберу на дороге.

Сидор мой придется вам нести. Бросить бы его, да там запасной магазин и патроны в пачках.

Манков подумал, реально оценил свои возможности.

– Ждем до вечера? – уточнил он.

– Ну да, темнота друг молодежи и разведки.

– Спросить хочу, только не смейся. Ты хоть управлять им умеешь?

– На данном типе не ездил никогда. Да не боги горшки обжигают, справлюсь.

– Рисковый ты парень, Катков! Но голова у тебя варит, не отнимешь. Сейчас ложись, вздремни. Я за фрицами понаблюдаю.

Манков давал возможность Игорю отдохнуть перед операцией, понимал – его дело второстепенное.

Ночью на Игоря ляжет успех или неудача всего – угона, выполнения задания, а в перспективе и судьбы Манкова.

В полночь командир тронул за руку Игоря:

– Пора. Я все из твоего сидора в свой переложил.

Манков снял ремень с кобурой, отдал Игорю. Тот сразу затвор пистолета передернул. А поскольку у ТТ предохранителя не было, придерживая пальцем, спустил курок, поставив на предохранительный взвод.