Медовое путешествие втроем

Где машина Розовой? Из поселка автомобильчик не выезжал.

Простите меня за многократное повторение одного и того же, но я просто нахожусь в растерянности, не понимая, куда подевалась Екатерина."

"Почему, собрав шмотки и не оставив даже свою зубную щетку в стакане, Екатерина бросила снимки любимого Андрюши? По какой причине она решила покинуть мальчика, которого считала родным? Что случилось? Кто вчера послал Андрею эсэмэску «Прекрати! Или ты покойник»? Отчего на счетах Малинина, как утверждает Светлана, не оказалось денег? Что побудило Юру изменить свое отношение к иностранным школам и заплатить за обучение сына в Лондоне сразу за несколько лет вперед? Кто пугал Малинина? Как крохотная девочка залезла на ель? Неужели она не испугалась высоты? И как малышке удалось со скоростью молнии перемахнуть через трехметровый бетонный забор, не имея при себе веревки с крюком, лестницы, ботинок с «когтями» и прочих аксессуаров?

Ни на один из вопросов ответа у меня нет.

Я повернула налево, увидела пустынную улицу длиной метров сто, не более, и притормозила около серого дома, на углу которого висела табличка «Стеклокерамический проезд».

В Париже, в Латинском квартале, есть крохотный проход между мрачными средневековыми зданиями. Называется он поэтично – «Улица кота-рыболова» и считается самой узкой улочкой столицы Франции. Я, носящая тридцать четвертый европейский размер одежды, могу передвигаться по ней только бочком. Стеклокерамический проезд оказался не намного шире своего французского собрата, и на нем стояло всего одно здание, на первый взгляд без окон и дверей.

Я медленно двинулась вдоль глухой стены и в том месте, где она почти закончилась, наткнулась на неприметную узкую дверь без ручки. В центре ее я увидела прямоугольную железную пластину и постучала по ней кулаком.

Раздался противный скрип, ставня упала на землю. Она прикрывала зарешеченное оконце.

– Добрый день, – произнес из темноты мужской голос.

– Здравствуйте, – ответила я. – Желаю получить посылку.

– Откуда? – бдительно поинтересовался служащий.

– Из Парижа, – отрапортовала я.

Повисло молчание, потом невидимый собеседник произнес:

– Ошибка. Из Франции сюда ничего не доставляют. Проверьте в центральном распределительном пункте.

– Ой, пожалуйста, не уходите! – взмолилась я. – Вы единственный, кто со мной нормально разговаривает, остальные служащие вашей почты – прямо роботы какие-то.