Онлайн-библиотека книг
Димка!
— Макс, наш офис накрыли, — затараторил он без приветствия, — юрист чудом жив остался, в реанимации, но документы… на казино Дорогова, на твою фирму… Витек постарался, в общем. И он полетел, мы проследили, в Токио. Макс, там целая армия…
— Понял, — пресек я отповедь. Не нужны объяснения, все и так ясно. — Береги себя, Дим, — проговорил и, сдерживая поток русских отборных матов, отключился.
Витек документы везет папане или Якудза? А не плевать ли?
В голове пульсировало, что я должен дожать Дороговых, стереть их с лица земли, у-ни-что-жить, но теперь добавилось волнение за Пелагею.
Если он ее хоть пальцем… убью тварь…
А если она добровольно сдалась?
Мысль была такой яркой, что меня кинуло на стену, отчего я ударился виском и рассек бровь о плафон.
И эти безрассудные звонки Поли, и эта странная покладистость… Она льнула ко мне несмотря на мои поступки.
Твою ж мать!
Неужели я настолько слеп, что не увидел фальшь в ее глазах? Да и девственность может быть просто обманкой. Заранее вживленный крючок в мою душу, чтобы я чувствовал себя виноватым. Что стоит Дорогову «зашить» женушку, а потом так красиво мне ее подложить?
Но они же не могли знать, что я буду в казино?! Нет! Это бред… Я сам захотел играть, сам пошел в vip-зал, сам решил спровоцировать Витька.
Пока не услышу правду от Поли, не поверю в ее предательство.
И один момент оставался открытым: неужели Дорогов меня узнал? Мог ведь, не так сильно я изменился за эти пять лет. А имя, фамилия, цвет глаз, стрижка — это чепуха для детективов. Наверняка, прежде чем налетать на нас, Владимир навел справки и вызвал нужных людей. Но я и не скрывался отчаянно и сейчас даже радовался, если все, наконец, решится.
Пусть знает, что я выжил и ничего не забыл.
В эту минуту нужно было принять решение, которое изменит навсегда мою жизнь, и я сделал это.
Когда мы сели в машину, я набрал Федю и озвучил свою просьбу.
— Ты свихнулся? — поразился друг, но выслушал меня до конца.
Глава 64. Поля
Я сидела в машине Дорогова рядом с ним и ощущала на своей коже его прожигающий взгляд. Меня трясло, как Каштанку, я чудом не откусила себе язык.
