Медведь

Никуда не беги! Ничего не делай! Это мужское дело. Ясно?

Он почти рявкает на меня. Командует. И я знаю, что Миша сказал бы то же самое. Сиди, жди… Я должна послушаться Варлама. Сидеть. Никуда не бежать. Не создавать лишние проблемы.

Но, блин, это нереально! Я не могу сидеть! Я бегаю по квартире. Практически по стенам и потолку. Я не могу успокоиться. Я сейчас… взорвусь!

Он все-таки пошел к Александру. И распустил руки. Я же просила его… Как маленький, честное слово! Глупый мальчишка! Слезы мои он не может видеть…

А сейчас я реву из-за него!

Если бы он был рядом — я бы ему устроила!

Я не могу без него так долго! А он там один… Пятнадцать суток в холодной грязной камере… Что он будет есть? Баланду? Где спать? На нарах? Это просто дикий ужас!

Я подпрыгиваю от звонка телефона.

— Как дела?

— Хорошо, — я пытаюсь отвечать бодрым голосом.

Но папа меня сразу палит.

— Что случилось?

— Ничего.

— Юль… Ты же всхлипываешь. С Мишей поругалась?

— Нет.

— А где он?

Я молчу. По щекам катятся слезы. Я не выдерживаю и выпаливаю:

— В тюрьме!

— Что?!

Да! Мой жених — уголовник. Но я его очень-очень сильно люблю!

Я сбивчиво рассказываю папе, что случилось.

— Так говоришь, этот Александр…

— Он меня душил. Я потом очень долго мужчин боялась. Но с Михеем все страхи прошли! А теперь он…

— Я не должен был тебя отпускать из дома, — глухо произносит папа.

— Ты и не отпускал. Я сама уехала.

— Я всегда знал, что ты очень ранимая. Хоть и ведешь себя, как дикарка. Била мальчишек, когда они тебя обижали. А потом плакала в подушку.

— Пап, та история в прошлом.

— Я бы сам придушил этого Александра… Почему ты молчала?

— Вот поэтому! Еще тебе передачи носить!

Я слышу, что пришла Соня и прощаюсь с папой, пообещав ему позвонить, как только что-то прояснится.

Соня не одна, с ней Носорог. То есть Кеша. Не знала, что они вместе… Или нет? По ним ничего непонятно.

— Мы как раз в аптеке неподалеку были, а тут Варлам позвонил… — начинает Кеша.

— В аптеке? Ты заболел? Или Соня?

— Да нет, у нас все нормально.

— А у нас нет!

Из моих глаз брызжут слезы. Соня обнимает меня, успокаивающе гладит по спине. Кеша приносит стакан воды. Я пью, но никак не могу успокоиться.

— Как он там будет? Там ужасно!

— Да ничего, жить можно, — отзывается Носорог.