Я крепко обнял ее, уткнувшись носом в ее волосы, от которых приятно пахло цветочным шампунем.
– Ч-ч-ч, – гладил я ее по плечам. – Все хорошо. Все хорошо.
– Я уже думала, что от меня тоже останется только рука и нога, – пробормотала она сквозь слезы.
– Чего?
– Лида рассказывала про того мужчину в соседней деревне, которого медведь съел.
– Ох уж эта Лида, – покачал я головой, чуть отодвинул Таю от себя и заглянул ей в глаза. – Никто тебя не съест, – грозно сказал я. – Поняла?
Тая кивнула.
– И вообще… – начал я, но не закончил.
Я и сам не знал, что хотел сказать этим «вообще».
Я сгреб Таю в охапку и, не понимая, что творю, поцеловал ее в губы. Она не испугалась, не оттолкнула, не замерла от страха. Наоборот, будто долго ждала этого, расслабилась в моих руках и, обвив мою шею холодными пальцами, ответила на поцелуй.
Когда я наконец смог оторваться от ее сладких губ, то с удивлением наткнулся на три пары любопытных глаз, уставившихся на нас с Таей. Она тоже их заметила, перевела взгляд на меня, и мы оба рассмеялись.
– А ну, чего уставились, дуралеи. Вот я вас! – пригрозил я Волку, Лесе и Дикому. Вся троица, радостно заскулив, выбежала вон из дома.
Я посмотрел на Таю.
– Значит, так. Собирай-ка вещи в сумки, а я пока печь потушу, – скомандовал я. – Хватит с меня твоей самостоятельности. Поседел уже весь, – признался я.
– К тебе?"
"– Да. – Она согласно кивнула и пошла собираться, а я уточнил: – Насовсем.
Тая не ответила, но я увидел, как расслабились ее плечи, будто с них наконец-то свалился тяжелый груз.
То-то же. Так мне спокойнее будет. Так ей лучше будет.
– 41–Я складывала в сумку все, что попадалось на глаза, не разбирая, где белье, а где верхняя одежда. Руки дрожали, а в голове не было ни одной четкой мысли. Не знаю, что меня испугало больше: вломившийся в дом медведь или поцелуй Степана. Наверное, разъяренный зверь все же был страшнее. Когда входная дверь треснула пополам от удара животного, я подумала, что мне конец. Степан не успеет вовремя мне на выручку.
Леся заливалась лаем. Я заперла дверь в спальню, но знала, что это не остановит медведя надолго. Бежать из дома? Говорят, это еще опаснее, чем стоять на месте.
А потом из комнаты донесся оглушительный треск и рык. Я не видела, что там произошло, но зверь продолжал прерывисто реветь, ломая и круша все вокруг.
За этим гвалтом я не услышала шума подъехавшего автомобиля, и только звук выстрела заставил меня очнуться и понять: Степан приехал.
