Не только то, что могла ему рассказать Любаша, а даже то, что я сама про себя знать не знала.
Согрев руки о кружку, я наконец-то потянулась за хлебом. Сам Степан уже успел сделать себе огромный бутерброд и аппетитно его уминал. Когда Любаша говорила о Степаныче, я представляла себе деревенского мужика лет за шестьдесят. На деле же Степаныч оказался Степаном. Ему было лет сорок или около того. Ни в густых волосах, ни в бороде еще не пробивалась седина. Лишь вокруг глаз обозначились небольшие мимические морщинки, которые появляются у тех, кто проводит много времени на солнце, избегая носить темные очки.
– Значит, так, Тая, – доев, сказал Степан, вырывая меня из собственных мыслей. – Дом Любаши нежилой.
Я вопросительно посмотрела на него.
– Он старый. В нем уже три года никто толком не жил, – объяснил Степан. – Я, конечно, за ним присматриваю, но сама понимаешь – дел там предстоит немало.
– Ничего, я справлюсь…
– Справишься? – хмыкнул Степан. – Да ты, небось, в деревне не была ни разу в жизни.
– Была. В детстве… давно.
– Печь сама растопишь? А баню? Из удобств там ничего нет. Холодильник сломан. Да и вообще все на ладан дышит.
– Не важно. – Я пожала плечами.
Условия, комфорт, удобства. Обойдусь и без них. Я ведь бежала сюда, чтобы спрятаться, и не ждала, что буду жить на всем готовеньком.
– Ладно, – сказал Степан, вставая. – Допивай чай, и поехали. Посмотришь дом, а там решишь, что дальше делать.
У Степана зазвонил мобильник, и я снова от неожиданности вздрогнула, что не скрылось от его внимательных глаз.
Он принял звонок и вышел из кухни на террасу. Три пса радостно заскулили при виде хозяина. А я, быстренько доев бутерброд, запила его уже остывшим чаем, помыла чашки и оставила их на подставке возле раковины. Я привыкла следить за чистотой в доме и никогда не оставляла грязную посуду – Денис этого не любил.
– 9–Я вышла на крыльцо, где оставила сумку с вещами. Ее там не оказалось. Зато из-за дома раздавался звук заведенного автомобильного двигателя. Обогнув здание, я увидела, что Степан выгнал машину из гаража: огромный внедорожник, заляпанный грязью.
Степан открыл дверь, приглашая меня забраться на пассажирское сиденье.
– Не успел помыть, – истолковав мой растерянный взгляд по-своему, сказал он. – Как раз собирался сегодня доехать до автомойки."
"– Вы не видели мою сумку? – спросила я.
– Да вон она, на заднем сиденье.
Я облегченно вздохнула и, забравшись в машину, пристегнула ремень. Степан вырулил на дорогу.
