При желании можно купить бойлер, у Любаши раньше был, но давно сломался. К дому пристройка есть, там ванную она обустроила. Так что, если решишься, помогу и купить, и сделать, чтобы с баней не мучиться.
– Хочу! – Мой голос больше походил на визг, потому что я не представляла, как смогу топить печь, или баню, или еще что-то.
Мне было страшно, но подстегивала мысль: это лучше, чем снова оказаться в его руках.
Степан направился к двери, а я, как собачонка, пошла следом, испугавшись, что он сейчас бросит меня в этом выстывшем, заросшем паутиной доме.
Он вернулся к машине, открыл багажник и вытащил оттуда охапку дров. Я облегченно выдохнула. Ну же, Тая! Соберись! Ты проехала полстраны не для того, чтобы теперь во всем полагаться на незнакомого мужика. Ты со всем справишься сама. Разве что пусть печь затопит. И все. На этом все.
Когда огонь в печи занялся, Степан показал и рассказал, куда подбрасывать дрова, как ворошить угли кочергой.
– Да, вода, – вспомнил он, когда с моим ликбезом по растопке печи было покончено.
– Я сейчас проверю насос.
– Насос?
– Да. – И снова этот внимательный цепкий взгляд. – Он качает воду из колодца и подает ее на кухню и в ванную.
Пока Степан возился с насосом, я успела разведать, где туалет, и заглянула в то, что Любаше служило когда-то ванной комнатой: клетушка два на два метра, в углу которой стояла простенькая душевая кабина, а в другом – умывальник. Слив здесь, видимо, уходил куда-то под землю или прямо на участок.
Я попробовала кран – ни капельки.
Я вернулась в дом, в сенях стояла моя сумка с вещами.
– Насос отдал богу душу, – раздался за спиной голос Степана.
– И как же без воды? – ужаснулась я, вздрогнув.
– Я наберу тебе из колодца, а завтра надо ехать в город. В Усть-Манской ты ничего не купишь.
Видимо, в моем взгляде было столько ужаса, что Степан сказал:
– Да не бойся ты, Тая, обживешься. В ближайшие две недели я в тайгу не пойду, так что помогу обустроиться.
– Спасибо… Я сама.
Он долго и внимательно на меня смотрел.
– Я Любаше обещал помочь тебе, так что сама не сама, а помогу, – твердо сказал Степан.
Он снова вышел, и на этот раз я за ним не пошла. На улице уже смеркалось. Еще час-полтора, и совсем стемнеет. И что я буду делать здесь? «Возьми себя в руки! – снова приказала я себе. – Сейчас этот мужчина уедет, ты осмотришь дом, составишь список того, что жизненно необходимо, и завтра съездишь в город и купишь».
