– Там сверху то, с чем ты можешь мне помочь: насос, бойлер, холодильник. Со всем остальным я справлюсь сама.
Степан бегло просмотрел наименования вверху списка и вернул листок."
"Проехав мост, он вывел машину на основную улицу Усть-Манской, а потом, к моему ужасу, остановился возле небольшого оштукатуренного белого дома с надписью: «Полиция». Я вскинула глаза на Степана, не сумев совладать с вспыхнувшим в них страхом. Неужели Денис так быстро прознал, где я, а Степан решил меня сдать?
– Не бойся ты меня, Тая, – почему-то зло сказал он.
– Зачем… Зачем мы здесь?
Он не успел ответить, потому что из участка вышел коренастый мужик лет пятидесяти. Он подошел к машине. Степан открыл дверь и пожал ему руку.
– Это Кирилл Авдеевич, или, по-нашему – Авдеич, наш участковый, – представил Степан мужчину.
Тот заглянул в машину и кивнул мне.
– А это, – продолжил Степан, – Любаши Свиридовой племянница.
– Любка мне звонила вчера. – Мужик достал сигарету, сунул в зубы и, прикрыв ладонями ее кончик и зажигалку, прикурил.
– Сказала, что ты, Тая, здесь у нас поживешь.
Я безуспешно пыталась сглотнуть стоявший в горле ком, не зная, что ответить.
– В общем, все будет в порядке, не бойся, – подмигнул он мне. – Если что помочь нужно, не стесняйся, как говорится, обращайся. Степаныч тебе мой телефончик даст на всякий пожарный.
– Спасибо, – промямлила я.
– Ну, бывайте, – кивнул мне Авдеич.
– Тебе надо что в городе? – спросил его Степан.
– А то!
Степан вылез из машины, закрыв за собой дверь. Конец их разговора я не услышала.
Откинувшись на сиденье, я закрыла глаза, пытаясь справиться с накатившей слабостью. Мне не верилось, что после всего того ужаса, в котором я так долго жила, на моем пути повстречались хорошие люди. Я уже очень давно думала, что таких больше не осталось.
Через пять минут Степан вернулся в автомобиль, и мы тронулись в путь.
– Мы в Дивнореченск поедем? – спросила я, нарушив повисшую тишину.
– Нет. Слишком далеко, – отозвался Степан. – Поедем в Лесовец. Там можно купить все необходимое.
До Лесовца езды было около часа. Всю дорогу мы молчали. Степан пытался меня разговорить, но бросил попытки добиться от меня чего-то большего, чем невнятное мычание, почти сразу. Я же смотрела на проносившийся за окном лес. Он казался мне грозным. Тут ведь наверняка водились и волки, и медведи. Кажется, Степан сказал, что водил кого-то на медведя. Он, видимо, любил охоту. Я же не понимала, как можно ради прихоти убивать невинных животных.
