"
"В продуктовом отделе я справилась быстро: прошлась по списку и не стала покупать ничего лишнего, кроме шоколадных конфет. Также я сунула в тележку несколько коробок краски для волос. Белые локоны я перекрасила в каштановый еще у Любаши, но скоро придется обновлять цвет, чтобы он не вымылся до желтого. Теперь я больше походила на ту Таю, которой была до замужества. Денис же видел во мне только блондинку, и мне приходилось ею быть. Мне много чего приходилось делать, лишь бы снизить градус его раздражения, лишь бы пережить еще один день.
Перемещаясь между полок супермаркета, я пыталась вспомнить, когда в последний раз вот так, сама, без надзора, ходила по магазинам? До свадьбы. Да, до свадьбы. А потом все изменилось…
– 13–Впервые в дом Дениса я попала только в день свадьбы. С того дня и до самого конца он так и остался для меня домом Дениса и никогда не становился моим, тем более – нашим.
После непродолжительного свадебного торжества, устроенного в виде фуршета, как это принято на Западе, но не у нас, и куда не был приглашен ни один человек с моей стороны, Денис усадил меня в лимузин, который привез нас к большому шикарному особняку, стоявшему посреди огромной территории.
Дом окружал забор, а на въезде у главных ворот двадцать четыре часа в сутки дежурила охрана.
Я вышла из автомобиля и с удивлением откинула голову, уставившись на трехэтажный особняк.
Денис не дал мне времени полюбоваться домом. Подхватив меня на руки, муж, смеясь, перенес меня через порог. Дверь за нами закрыл охранник, а Денис со мною на руках устремился вверх по поистине королевской лестнице.
Он толкнул ногой дверь спальни и, внеся меня внутрь, опустил на кровать. Затем сорвав с себя пиджак и ослабив галстук, муж тут же навалился на меня и начал жадно целовать лицо, шею, плечи.
– Извини, что спешу, – прошептал он, – я так долго этого ждал.
Его рука задрала широкую юбку моего свадебного платья, скользнула по бедрам и, нашарив трусики, стянула их.
В те недолгие три месяца, что прошли с момента знакомства до свадьбы, у нас с Денисом были только жаркие поцелуи и объятия.
Он не пытался затащить меня в постель, а всегда вел себя как настоящий джентльмен. Его руки были нежны, когда легонько гладили, изучая мое тело поверх одежды, а губы и поцелуи заставляли кружиться голову. Однако дальше них мы не заходили.
Теперь же Денис был так возбужден, что забыл о нежности. Не было ни прелюдии, ни ласк. Он так резко вошел в меня, что я вскрикнула от боли, хоть и была достаточно возбуждена.
