Медвежатник

Парамон взял бумагу и разорвал ее на мелкие клочки, зло раскидал.

Дверь распахнулась неожиданно, будто от порыва ветра. Но когда Парамон обернулся, то увидел на пороге молодого высокого мужчину с небольшой плешью на темени. Старый Парамон узнал его сразу — в гости к нему пожаловал сам Григорий Васильевич Аристов, начальник отделения уголовной полиции. Другой — плотный и круглый, чем-то очень напоминающий загнанного борова, — был Ксенофонтов, тоже на Хитровке очень известный. Однако с Власом Всеволодовичем сталкивался старый Парамон впервые.

Аристов по-хозяйски вошел, стукнув коваными каблуками о порог, следом за ним подтянулись четверо городовых и принялись с интересом разглядывать Парамона.

— Здравствуйте, уважаемый Парамон Миронович. Признаюсь, я уж не думал вас застать здесь. Думаю, у нас с вами будет немало приятных минут для общения.

— С кем имею честь беседовать? — угрюмо протянул Парамон.

— Вы меня не узнали? — искренне огорчился Аристов. — Жаль, а я о вас очень часто думал.

Я — начальник отделения уголовной полиции генерал Григорий Васильевич Аристов. Может быть, слыхали?

— Доводилось, — буркнул Парамон.

— Отрадно! — обрадовался Аристов. Сейчас он стал напоминать гимназиста, на которого вдруг неожиданно обратил внимание предмет обожания. — Значит, не зря работаем. А сейчас, уважаемый Парамон Миронович, ты мне уж сразу скажи: где ворованное золотишко прячешь?

— Шутить изволите, господин начальник. Откуда же у бедного старика могут сокровища взяться? — жестко улыбнулся старик.

 — Мне бы на порты новые наскрести, и то бы хорошо, а ты, барин, о каком-то золотишке мне талдычишь. И не совестно ли тебе?

— Вот как? — удивленно поднял брови генерал. — А я слышал, что ты щи любишь хлебать в «Эрмитаже». А такой обед, как известно, больших денег стоит. Или неправду говорят в народе?

— Брешут, — по лицу старика пробежала едкая насмешка. — С моими капиталами только на паперти стоять.

— Вижу, что старик ты упрямый, но это ничего, беседа будет протекать интересно.

Будем считать, что первый наш разговор состоялся, а теперь, добрые молодцы, пошукайте у нашего примерного разбойничка награбленное добро. Может быть, и завалялась где-нибудь под полами одна-другая горсточка бриллиантов.

— Бог вам в помощь, господа, — скривился Парамон, стрельнув взглядом на клочки просыпанной бумаги.

— А когда мы все-таки золотишко отыщем, мне бы хотелось поговорить про медвежатника.