Онлайн-библиотека книг
— Попытаемся его сдерживать еще немного.
— Мы с вами, парни, — этот голос я слышала впервые, и он прозвучал приглушенно, оттого что рядом не было микрофона, как у всех бойцов Ридли, но отчетливо.
Сильный, глубокий, такой же низкий, как голос моего медведя…и очень музыкальный.
Этот голос привлекал к себе внимание и даже сбивал с толку, стоило его только услышать.
Возможно, будь ситуация иной, я бы даже растерялась и не сразу смогла прийти в себя. Но только не сейчас, когда свобода моего мужа висела буквально на волоске и все так отчаянно боролись за него, что сердце щемило от переполняющего страха и безграничной благодарности.
— Ледяной, Сумрак, вы нужны нам здесь! — крикнул этот мужчина с черными волосами и телом Аполлона снова, обращаясь явно к медведям, с усилием отрывая ладонь Палача от горла моего мохнатого огромного мужа, когда неожиданно прозвучал какой-то свист.
Тонкий, пронзительный, разъедающий, отчего я поморщилась, вздрагивая всем телом от крика Ридли в динамике:
— Прикрывайте Беров!
С ужасом я смотрела, как эти огромные, двухметровые обнаженные мужчины, словно в какой-то замедленной съемке, с криком падают на землю, плотно закрывая уши и содрогаясь, будто в приступе эпилепсии.
— Все назад!"
"Звук повторился снова, еще громче, не задевая во мне ровным счетом ничего, однако вытворяя что-то жуткое с этими великанами, когда я поняла, для чего Умник сделал «наушники» из грязи Амиту, сказав, что так его мозги не превратятся в смузи!
Этот звук убивал Берсерков!
Делал им настолько больно, что мужчины корчились, харкая кровью, а я кинулась к ним, не замечая шума вокруг и свистящих со всех сторон пуль, стараясь не запнуться и помочь хоть чем-нибудь в этой битве насмерть.
— ИЛЯ! НАЗАД!
Рев Килана отозвался в моей голове металлическим звоном, но я не собиралась стоять в стороне и наблюдать, как в мучениях и боли умирает семья моего мужа!
Парням Ридли и без того было нелегко.
Они были совсем одни против целой армии.
И сейчас они защищали от пуль каждого из них, при этом пытаясь отогнать и Палача, который снова вцепился в Аметиста мертвой хваткой, словно бульдог, которого тренировали всю жизнь только ради одной цели — находить и убивать.
Мужчины что-то еще кричали мне, когда я упала на колени перед Берсерками, хватая ладонями рыхлую грязь с травой и щепками и стараясь оторвать большие горячие ладони от ушей, чтобы сделать в них такие же грязевые пробки, что были в ушах Аметиста. И спасли его.
