Типа для поисков завещания должно быть по двадцать пять кусков зелени на рыло и ни центом больше.
Но прежде чем клянчить баксы у матери, следовало переговорить с одним человеком. Человека этого Владимир узнал случайно, благодаря одному из редчайших проколов все того же Графа. Звали его… Впрочем, имя человека никакого значения не имело. Главное, что он не брезговал самыми грязными делами, если ему за это хорошо заплатить. И работу свою делал качественно, профессионально. Недаром Граф решил воспользоваться его услугами, когда было нежелательно светить своих людей.
Владимир встретился с человеком, изложил ему суть дела. Тот задал несколько уточняющих вопросов и окинул заказчика оценивающим взглядом. Можно было легко догадаться, что думал в этот момент собеседник Владимира. Мысли его были примерно такие: «Дельце плевое. Потенциальная жертва – обычный гражданский тип, до бойца спецназа или хотя бы крученого ментовского опера ему, как до звезд. Такого пришлепнуть ненамного труднее, чем комара.
Но, судя по всему, младшему Володьке надо позарез от него избавиться. Поэтому с него можно содрать приличные бабки. Только возникает вопрос: будет ли эта работа разовой или Драгун рассчитывает пользоваться моими услугами постоянно? В последнем случае чрезмерная жадность его может отпугнуть? Только вот с какого бодуна ему со мной сотрудничать? Для него мокруха – исключительный случай, возможно, первый и последний раз в жизни. А для других дел у этого милого семейства есть Граф.
Поэтому надо оторваться на мальчишке по полной».
Киллер назвал цену, вызвавшую у Владимира ироническую усмешку. Он не был столь наивен, как надеялся его собеседник.
– Вы, наверное, перепутали фамилии. Этот человек – не председатель правления крупного банка, не уголовный авторитет. Он – обычная мелкая сошка, такие по утрам набиваются в автобусы и метро, как селедки в бочку. А вы требуете за селедку цену осетра. Причем наполненного икрой.
Киллер понял, что проскочить на дурачка не вышло, и сбавил цену. Хотя она оставалась достаточно высокой, Владимир согласился. Они договорились о новой встрече, и Драгун отправился к матери клянчить деньги. Требуемую сумму ему удалось выпросить на удивление легко. Владимиру показалось, что мать откуда-то знает об их с Михаилом планах или, по крайней мере, догадывается. И одобряет их настолько, насколько может обычная женщина одобрять убийства.
