Механик

До этого у меня ни разу не было возможности рассмотреть его как следует, поэтому сейчас я смотрю во все глаза.

Я не знаю, как должен выглядеть эталон красоты мужского достоинства, но почему–то уверена, что гляжу именно на него.

– У твоего мальчика такой же? – спрашивает Матвей, заметив мой нездоровый интерес.

– Что?.. – поднимаю на него глаза, – я не знаю…

– Не показывал тебе?

– Нет… Матвей, погоди, ты… что… ревнуешь меня??

– Пи@дец, как ревную! – серьезно проговаривает он.

Я неверяще смотрю на него широко раскрытыми глазами, чувствуя, как плавится под его взглядом нутро.

– Матвей, я ни с кем… только с тобой…

– Клянись! – расстегивает на мне кофту, жадно сминает грудь.

– Клянусь, только ты… – стону я, – тебя только хочу…

Он рвано выдыхает и принимается за мои брюки. Расстегивает замок и стягивает их вместе с трусиками. Разводит ноги, проверяет мою готовность пальцами и толкается членом сразу до упора.

– Это петтинг?.. – сиплю я.

– Бл@дь... Принцесса… Я постараюсь успеть…

Закинув мои ноги себе на плечи, стягивает лифчик на талию и начинает вколачиваться до громкого шлепка, с каждым ударом толкая меня к изголовью.

– Скажи, если будет больно…

– Не больно… хорошо…

Действительно, с каждым его движением внизу живота назревает что–то горячее, кожа покрывается испариной. Откидываю голову назад и чувствую, как Матвей резко дергает мои бедра на себя, а в следующий момент на мои губы ложится его большой палец."

"– Возьми в рот… – шепчет он, глядя на меня из–под тяжелых век.

Не до конца понимая, что от меня требуется, касаюсь кончиком языка шершавой кожи и не успеваю опомниться, как во рту оказывается вся фаланга.

– Обхвати губами…

Выполняю его требование, подключая к губам язык. Смотрю при этом ему в глаза, ловя каждую эмоцию и понимаю, что все делаю правильно.

Так пошло… развязно… и так до нереального сладко…

Пульсирующий комок в животе растет, тело натягивается струной. И когда палец у меня во рту начинает двигаться в унисон с членом, я взрываюсь. Тону, захлебываясь, в наслаждении.

Он врывается в меня последний раз, на секунду замирает, а затем, быстро вытащив член, кончает мне на живот.

– Вот тебе и петтинг… – хрипло усмехается он, опаляя рваным дыханием мою ушную раковину, – говорил же, просто полежать не получится…

Я широко улыбаюсь, потому что ни на что другое пока не способна. В теле блаженная легкость, а в голове звенящая пустота.