Механизм пространства

Позднее, охладев к развлекательному чтению, он подарил книгу Андерсену, чем вызвал ликование последнего. – Шахрияр и Шахерезада!

– Может, и так, мсье. Я не люблю арабов. Почему бы им не брать хорошие имена: Пьер, Жан, Марго? Ладно, не в арабах дело. У меня был брат, мсье. Хорошее французское имя: Анри Бюжо. Он кончил жизнь на каторге, но речь не об этом. В 1804-м Анри исполнилось семнадцать лет – мальчишка, глупый и дерзкий…

«Я в 1804-м был ребенком, – Торвен отпил глоток анжуйского. – Гораздо младше, чем Анри.

Все были живы: папа, мама, братик Бьярне. А через три года ракеты Конгрева упали на Копенгаген. И Белый Тролль пришел в огонь – за мной. Там, в огне, и сгорело твое детство, юнкер Торвен».

– Вас ведь интересует инженер Лебон, да? Так вот, Анри следил за ним в день убийства…

Анри следил за инженером от острова Святого Людовика – начиная от дома № 12 по Сен-Луи-ан-Л'иль, где инженер снимал квартиру. Погода была скверная, то и дело срывался дождь, и Анри намаялся, ожидая у перил моста, пока объект наблюдения соизволит выйти.

Заказанное дельце, с точки зрения парня, было бы удобней провернуть у подъезда – вместо того, чтобы тащиться через весь город, прячась за углами и столбами. Никого нет, занавески на окнах задернуты…

Но Живоглот сказал: «Цыц!» – а с Живоглотом не спорят.

Атаман шайки, к которой имел честь принадлежать Анри Бюжо, был прав. Остров Святого Людовика считался местом тихим, а главное, «нравственным». Здесь жили приличные, благонадежные люди. Они редко выезжали в «свет» – так обитатели Сен-Луи называли остальной Париж; спать ложились рано, и с заходом солнца жизнь на острове замирала.

Затевать шум на Сен-Луи-ан-Л'иль – верный шанс нарваться на полицию. Если инженер, как предупредил атамана заказчик, и впрямь собирается в военное министерство, не смущаясь поздним часом, – по дороге найдется сотня уютных местечек, чтобы потолковать без свидетелей.

Инженер вышел, закутанный в плащ с пелериной, но без зонтика. Шляпу он низко надвинул на брови.

В сумерках он выглядел достойно, но от острого глаза Анри не укрылась штопка на плаще и потрепанные края шляпы. Последнюю неделю, хвостом сопровождая инженера в его скитаниях от одного ведомства к другому, парень убедился: этот мсье бедней церковной мыши.

Грабить такого – позор и дурная трата времени.

«Наверное, он у заказчика девку увел, – размышлял Анри, пытаясь найти объяснение сегодняшнему дельцу. – Тот и решил припугнуть, без лишней резни.