Мелодия убийства

А вот зарядку делать не стану, это ведь ты у нас динамовец.

– Мы все динамовцы, или ты забыл? – улыбнулся Медведь.

Пока Зверев умывался, Медведь сидел в кресле у открытого окошка и читал газету. Когда Павел Васильевич вышел и стал надевать брюки и рубашку, Медведь наконец-то спросил, что интересного им с Зубковым удалось узнать в результате опроса Юлии Глуховой. Зверев рассказал о том, что им с Зубковым сообщила Юлия.

– Значит, если наша красавица-вдова не врет, отравителями могут быть лишь двое: не совсем адекватный паренек-уборщик и член бюро райкома.

Да уж, даже мне стало интересно.

– А раз интересно, что же со мной не пошел? – Зверев оскалился. – Тебе бы Зубков точно не отказал, если бы ты к нам присоединился во время допроса.

– Как это зачем? Я так понимаю, тебе как старому сотруднику органов это дело показалось интересным! Иначе для чего ты надавил на Зубкова, чтобы он взял меня к себе, как ты это назвал… консультантом!

Медведь пожал плечами.

– Дело действительно интересное, но я сюда отдыхать приехал, да и старый я уже для таких дел.

Вот ты другое дело…

– Что значит другое?

– А то и значит! Знаю я таких! Такие ребята, как ты, Паша, должны всегда при деле быть. Такие без работы, как железо без смазки – быстро ржавеют. Сам когда-то таким был.

– А сейчас что же? Что поменялось?

– А то и поменялось, что, когда на пенсию ушел, так тут же и заржавел! – Медведь тяжело вздохнул. – Сошел, как говорят, с дистанции. Ну а после того совсем весь пыл растерял.

Живу себе, живу по-стариковски: семья, дети, внуки, не то, что раньше. Эх было же время-времечко, а сейчас… Старый я стал, обленился. А ты, Паша, еще молодой, тебе лениться нельзя! Ты опер, а значит, ум свой, наблюдательность, внимание и интуицию должен постоянно совершенствовать, иначе усохнешь. Я ведь сразу понял, что ты за человек.

– И что же я за человек?

– Ты опер от Бога, и этим все сказано! Или ты не согласен?

– Ну спасибо! Согласен… еще как согласен, хотя не все так считают.

Медведь улыбнулся, но в глазах бывалого милиционера Зверев увидел легкую грусть. «А ведь он мне завидует», – подумал Зверев.

Медведь закашлялся и расправил плечи.

– Всем не угодишь, так что не бери в голову. Видишь ли, скажу честно, не показался мне этот Зубков. Какой-то он несуразный, а если оно так, то и дело это ему будет не по зубам, хоть он и Зубков. То ли дело ты. У тебя же сразу видно хватку…

– Хватку? – Зверев усмехнулся.