Мелодия убийства

За самодельным дубовым столом сидели Прохор с перевязанной рукой и Юлия. Они с аппетитом поедали алюминиевыми ложками чернягу и тушенку из припасов, полученных накануне от деда Евсея. Рядом на столе стоял дымящийся котелок с вареной картошкой и пара очищенных луковиц.

– Очнулся? Ну, вот и славно, – увидев смотрящего на него Глеба, Прохор скорчил довольную мину.

Юлия выбежала из-за стола, подбежала к топчану и положила руку Глебу на грудь.

– Ну, как ты? Руку чувствуешь? Пальцы хотя бы шевелятся?

Глеб попытался пошевелить пальцами и сухо сказал:

– Голова гудит, а пальцы… Плохо, но чувствую, и не все.

– Оторвало у тебя несколько пальцев, но это ничего, – пояснил Прохор. – Главное, что жив. Граната, похоже, в метре от тебя разорвалась. Контузия у тебя, ну и с рукой беда, а так… В общем, повезло тебе, Глебушка. Мы тебя залатали, как могли, доведем дело до конца, а там доставим тебя к докторам, думаю, что отделаешься легко.

– С Тахиром что? – простонал Глеб.

– Зарыл я его прямо здесь, в лесочке.

Жалко, конечно, паренька, но что уж теперь… Говорил я ему, не лезь…

– Ну, хватит! – осадила Прохора Юлия и снова уселась за стол.

– Хватит так хватит. Так, Глебка, если пришел в себя, садись за стол, – скомандовал Прохор. – Поесть тебе не помешает, крови много потерял. Так что садись, набирайся сил.

Глеб с трудом поднялся и, пошатываясь, добрался до стола. Увидев картошку и тушенку, он почувствовал, что и в самом деле ужасно голоден. Глеб набросился на еду. Умяв полбанки тушенки и пять картофелин, Глеб кивнул на лежавшего в углу пленника:

– А этого… Как же вы его сумели?

– Тебе спасибо, – усмехнулся Прохор.

 – Когда ты гранату в окно кинул, Медник ее схватил и выбросить попытался. Только не успел. Разорвалась она прямо в воздухе. Так что и ему, и тебе досталось. Мы вас обоих без сознания нашли, его связали, а тебя перевязали, как смогли.

– Ладно, поели, попили, пора и за дело. Раз ты оклемался, пошли, осталось в этом деле точку поставить.

К ущелью они добирались не меньше часа.

Медник со связанными руками шел первым, ноги его то и дело заплетались. Прохор и Юлия шли за пленником, Глеб все так же плелся позади. На этот раз он не осматривался, а шел, так же качаясь, постоянно глядя себе под ноги. Когда они добрались до места, того самого, где несколько дней назад были расстреляны их товарищи, Медник уселся на землю и огляделся.

– Ждешь кого? – недобро поинтересовался Прохор. – И не надейся, фрицы твои тебе уже не помогут.