Мемуары голодной попаданки

Ну, а повеселиться можно и в другом кабаке, верно? На моем достатке отсутствие гуляк никак не скажется.

– Фух! Я уже подумала – придется соглашаться на предложение Пресеньваля. Детей воздухом не накормишь.

Захарий потемнел лицом.

– Какое предложение?

– Теперь не важно, все равно отказалась, – подмигнула хозяину, который, отводя глаза, нет-нет да бросал в мою сторону восторженный взгляд. Знай наших –деревенские пампушки тоже умеют наряжаться!

– И все же, – Захарий отвернулся, заложив свободную руку за спину.

– На свою кухню переманивал.

Мужчина с шумом вдохнул.

– Почему же отказалась?

– Ой! – сердце провалилось в пятки. – Я же тебе обещала уйти на другую работу при первой же возможности!

Захарий резко развернулся. От раскачивающегося в руке фонаря повсюду затанцевали пятна света и тени, поэтому определить выражение лица мужчины оказалось затруднительно.

– Я должна была согласиться, верно? – упавшим голосом спросила я, – Извини.

– Нет, не должна, – несмотря на то, что голос звучал ровно и бесцветно, в нем проскользнуло волнение.

– То есть я могу здесь остаться? – уточнила с затаенной надеждой.

– Конечно, – вот теперь в ответе явно чувствовалось тепло.

Улыбнулась.

– Спасибо.

И тут, наконец, заметила, что мне все это время не давало покоя:

– Ты побрился! – изумилась я, с любопытством рассматривая гладкое породистое лицо без привычной растительности. Четкая линия скул, мужественный подбородок с небольшой ямочкой, красивый абрис губ.

Захарий запустил пятерню в лохматую гриву волос."

"– И постригся, – зачарованно прошептала я, переводя взгляд на укороченные волнистые пряди, обрамляющие скуластое лицо.

– Василиса постригла, – сообщил, смущаясь, Захарий. – Это ее была идея. Сказала, приятней будет смотреть.

– Она права, – улыбнулась я.

– Тебе тоже, – вернул он комплимент, по-прежнему поглядывая на меня урывками.

– Спасибо, – крутанулась я вокруг своей оси, в который раз наслаждаясь тем, как развеваются пышные складки юбки. – Ну, я пойду?

– Конечно.

– Спокойной ночи, – я припустила вверх по лестнице.

А по пути заскочив в детскую и полюбовавшись сладким сном Василисы и Ванечки, в который раз убедилась, что детей на мужчину можно спокойно оставлять.