Мемуары голодной попаданки

Напряжение во мне скрутило внутренности в тугой и болезненный узел. Кому-то срочно требуется помощь. Но кому?

Детская спальня, покрытая зеленоватой липкой слизью, всем своим видом показывала, что перепугана до смерти. Ясно, дети боятся. Не удивительно. Сама чувствую себя героиней фильма ужасов. Нужно срочно успокоить Василису и Ванечку. Вот только где они?

Пометавшись из комнаты в комнату, решила вернуться на первый этаж, хоть и очень не хотелось. Там дом не боялся, его просто трясло и коробило. И с каждой минутой все сильнее.

От боли? Гнева? Я ласково провела ладонью по стене, как если бы успокаивала лошадь.

– Ну-ну, тише, тише. Сейчас разберемся, не переживай, – побормотала я, аккуратно ступая на очередную скрипучую половицу. Лесенка жаловалась на происходящее, издавая непривычные для нее стоны.

Еще не дойдя до кухонной двери, в открытом проеме увидела спину сидящего за столом Захария и почувствовала облегчение. Уж он не допустит ничего страшного или плохого. Но почему все же дом так лихорадит?

– Где гарантии того, что через месяц ты не появишься здесь снова? – услышала я продолжение начавшегося ранее разговора Захария с пока невидимым для меня собеседником.

Голос был надменным и властным. Никогда такого не слышала от хозяина. Скрытая под пологом спокойствия, ярость буквально сочилась из каждого слова.

– Да никаких! – противный каркающий смех моментально вызвал во мне волну неприязни к его обладателю. – Захочу – приду, не захочу – не приду."

"Я притормозила на последней ступеньке, прислушиваясь к беседе.

Враждебный, но уверенный тон Захария подсказал, что мое вмешательство сейчас было бы неразумным, потому предпочла остаться «за кадром». Слышимость из коридора прекрасная. А при необходимости легко спрятаться под лестницей. Кстати, в чуланчике случайно нет Василисы? Нет. Странно, раньше из дома они с Ванечкой ни ногой. Куда же в таком случае могли подеваться?

– То есть ты собрался всю жизнь теперь висеть на моей шее? – невозмутимо продолжил Захарий, отвлекая меня от мыслей о местонахождении детей.

– А почему бы нет? – нагло усмехнулся незнакомый мужчина. – Усадил же ты на свой горб бабенку с двумя нахлебниками. От чего же еще и мне не пристроиться?

Гогот. Мы вместе с домом передернулись от брезгливости.

– Да не боись. Вырастут спиногрызы – и ты свободен.

– А если откажусь? – вкрадчивый хозяйский голос.

– Продам в бордель, – не угроза, просто констатация факта.

Кого? Теперь я не меньше дома заволновалась, невольно шагнув в сторону кухни.