Ящик с телом отправили Мильде Юрт, но Мина не верила в успех судмедэкспертизы. Тут требовался иной подход.
Внезапно Мина обнаружила, что Винсент на нее смотрит. Очевидно, он уже закончил говорить с женой. Мина прокашлялась, прогоняя навязчивые образы.
— Прошу прощения еще раз, — сказал он. — Теперь я ваш. Судя по выговору, вы не местная. Похоже, работаете в Стокгольме. И приехали сюда, в Евле, в этот поздний, непогожий вечер, чтобы поговорить о трюках и человеческой психике с менталистом? Вам меня рекомендовали, вы сказали? Чертовски любопытно узнать, что все это значит.
Винсент склонился над столом, подперев щеку рукой, но Мина решила на этот раз выдержать паузу. Дать ему возможность заглотить приманку как следует.
— Видела, как вы ставили автограф на гвозде, — улыбнулась она. — Художнику не возбраняется подписывать свои работы, так?
Менталист как будто смутился, а потом рассмеялся:
— Гвоздь? Должно быть, это выглядело невероятно по́шло, но что мне на это сказать? Это то, чего ожидает от меня публика, особенно после того телешоу.
Плечи Винсента опустились, он как будто расслабился. Похоже, градус напряжения и в самом деле несколько понизился, пусть ненадолго.
— И вы правильно заметили, — продолжала Мина. — Я не сидела бы здесь, если б это не было так важно. Мы расследуем одно дело, в котором я ничего не понимаю. До сих пор нам удавалось держать прессу на расстоянии, но это, так или иначе, вопрос времени.
Винсент отрезал кусочек гамбургера. То, что он воспользовался ножом и вилкой, несказанно обрадовало Мину. Возьми он этот жирный бургер в руку, она совсем не была бы уверена в том, что сможет продолжать эту беседу.
— Простите, — Винсент помахал вилкой с нанизанным на нее кусочком гамбургера, — но какое отношение это имеет ко мне?
Вместо ответа Мина достала из папки бежевый конверт и вытащила из него несколько фотографий. Те, на которых запечатлено пронзенное ножами тело, пролистала.
— Вам знаком этот предмет?
Вилка зависла в паре сантиметров от его рта.
Кусок гамбургера наконец отправился в рот.
— Я тоже, — вздохнула Мина. — Просто хотела сказать… — быстро поправилась она, — мы с коллегами совершенно не понимаем этого преступника. И надеемся, что вы увидите здесь больше.
