— Ничего конкретного, что связывало бы его с этими смертями. Теперь тебе понятно?
Рубен покраснел до корней волос и опустил глаза. Мине вдруг захотелось попкорна. Видеть, как отчитывают Рубена, доставляло ей ни с чем не сравнимое наслаждение.
— Может, пошлем Рубена наблюдать за Сёдермальмом? — спросил Кристер.
— Чертовы весельчаки, — пробурчал Рубен.
Он покинул комнату до того, как другие успели подняться со стульев.
Мина задержала взгляд на списке на доске, который обещал только расти, но никак не уменьшаться. В одном Рубен был прав — это похоже на поиски иголки в стоге сена.
В первый раз за долгое время он был дома один. Астон в школе. Беньямин в кои веки подался на лекцию в Чисту. Ребекка встречается с приятелями, у Марии йога. И это к лучшему. Никто из домашних не увидит автомобиль, припаркованный на другой стороне улицы, откуда хорошо просматриваются дом и подъезд к гаражу.
Официально Винсент не подозреваемый, но по настоянию Рубена за ним установили слежку. Тем более что сегодня тот самый день, 22 сентября.
Рубен мог бы взять и гражданскую машину. Насколько понимал Винсент, это было обычной практикой, когда речь шла о слежке. Но нет, Рубен захотел, чтобы его все видели, и предпочел белый полицейский автомобиль с сине-желтой символикой. Даже, похоже, вымыл его ради такого случая. И то, что у Винсента нет соседей, должно быть, сильно его расстроило.
Винсент помахал Рубену из окна, а когда тот отвернулся, выставил палец. То, что все разъехались, означало, что дом в полном распоряжении Винсента. И он может смотреть порносайты на ноуте Беньямина, достраивать лего-конструкции Астона, печь кексы для Ребекки или просто танцевать нагишом посреди гостиной, никого при этом не раздражая.
Но с тем же успехом он может не делать ничего из вышеперечисленного. Особенно это касается последнего пункта. Танцевать нагишом — это скорее во вкусе Марии. Не то чтобы она когда-нибудь этим занималась, но сама идея ей, безусловно, понравилась бы.
И каждый раз, когда Винсент слушал эту музыку, он обнаруживал себя в этом состоянии. Но сейчас это было именно то, что ему нужно. Креативность — мышление за рамками привычного. Потому что даже если он сегодня никого не убьет — чем страшно разочарует Рубена, — это сделает за него кто-то другой. «Другие», — поправил он себя.
Винсент ни на секунду не поверил, что один из убийц — Раск.
