— Мина вздохнула и отвернулась к окну.
Она делала так же — лгала. Потому что так всегда было проще.
— Я позвонил в «Скорую», сопровождал ее в больницу. С тех пор мы вместе.
— А потом вы обратились в клуб анонимных алкоголиков. Вам это помогает?
— Помогает. — Кеннет вздохнул. — Это и еще кое-что, что мы делаем сами. Иногда полезно проявить инициативу, вместо того чтобы ждать у моря погоды. Только так и можно справиться с жизнью — взять дело в свои руки.
— Кажется, я понимаю, что ты имеешь в виду. — На этот раз Мина сказала чистую правду.
Это был его ответ, и Мина оставила эту тему.
— Сколько тебе осталось? — спросила она вместо этого.
Кеннет вздрогнул, и Мина сразу же прикусила язык. У нее как будто отсутствовал фильтр между мозгом и ртом — то, что имеют все нормальные люди. И это была одна из причин, по которым Мина избегала разговоров на личные темы. Так легко незаметно для себя обидеть человека…
— Откуда ты знаешь? — спросил Кеннет, так же не отрывая взгляда от дороги.
— Я и не знала, пока ты не подтвердил. Это было всего лишь мое преположение. У тебя желтоватые глаза и такой же оттенок кожи. У моего дедушки, который умер от рака печени, было то же самое. У тебя в машине «Нексавар», — Мина показала ногой на пузырек на полу. — Дедушка тоже его покупал.
— Несколько месяцев, если повезет, — ответил Кеннет. — Слишком далеко зашло с метастазами. Я больше не принимаю «Нексавар».
— Мне жаль, — ответила Мина.
Некоторое время они ехали молча.
— Я должен сделать для Яне все, что в моих силах, — сказал вдруг Кеннет. — Это единственное, что мне осталось в жизни — дать Яне все, что ей нужно.
— Хорошо, — сказала Мина.
Она развернулась, опершись ладонями на сиденье. Разговор становился уж слишком личным. Что-то прилипло к ее руке — конфетный фантик. Мина попыталась его стряхнуть, но он словно присосался к ее пальцам. К горлу уже поднималась тошнота. Наконец Мина освободилась от бумажки и посмотрела в окно.
— Ты пропустил поворот. — Она показала рукой назад.
Но Кеннет, вместо того чтобы притормозить, прибавил скорость.
— Ты пропустил поворот. — Мина повернулась к нему и нахмурила брови.
Кеннет не отвечал и только жал на педаль газа. Спидометр показывал почти сто пятьдесят километров в час.
— Что ты делаешь? — Мина выпучила глаза.
Наконец Кеннет повернулся к ней и спокойно ответил:
— Ты должна побывать у меня дома.
И снова сосредоточился на дороге.
