Но менталист был еще и иллюзионистом, а у них в рукаве запрятано больше секретов, чем об этом знает публика. Невидимые нити. Ящики с двойным дном. Зеркала и… вот! Винсент прикусил себе щеку, чтобы не показывать возбуждения. Вот то, что вполне могло сработать.
Во всяком случае, это единственное, что у него было.
— Ты не против, если она немного приблизится к пакетам? — спросил он Яне.
— Чуть больше драматизма, почему бы и нет, — рассмеялась та. — Так мы увидим ее растекающиеся мозги в ближней перспективе.
— Винсент, — растерянно сказала Мина, — но зачем мне…
И тут же замолчала, не договорив.
— Склонись над пакетом номер три.
— Отлично. А теперь над номером четыре.
Мина приблизилась к четвертому пакету.
Вот. Главное — ни намека на эмоции на лице. Сама Мина со своей позиции не могла понять, что происходит, Яне и Кеннет тоже как будто ничего не заметили. Но Винсент ясно видел, как намагниченный кулон, висевший на шее Мины, отклонился на миллиметр, когда она приблизилась к четвертому пакету.
— Три, — закричал Винсент. — Я выбираю пакет номер три.
— Запомни же, что ты сам его выбрал, дорогой братец, — усмехнулась Яне. — Давай, Мина.
Мина зажмурила глаза и глубоко вздохнула. Она пыталась сопротивляться, но Кеннет был сильнее. Он толкнул ее голову вперед, пока лоб не коснулся верхнего края пакета номер три, а затем продолжил давить, но уже медленно.
Гортанный звук вместе со слюной просочился сквозь стиснутые зубы Мины, а тело задергалось в спазмах. Когда Кеннет ослабил хватку, Мина лежала, ткнувшись лбом в крышку верстака, словно приклеенная к нему. И неподвижная. Совершенно неподвижная.
Она бежала по коридорам здания полиции — ну, наконец хоть что-то.
Перепрыгивая через ступеньку, Сара спустилась по длинной лестнице, пересекла холл и побежала дальше. Она не хотела тратить время на телефонные звонки, о таких вещах нужно говорить только в глаза.
