— Агнес водилась с расово неполноценными парнями. Тува была еврейка, ну а Роберт… с ним тем более все ясно. Ты ведь всегда хотел очистить от них Землю, не так ли? Согласно предсмертному письму, по крайней мере. Твое признание плюс имя, зашифрованное в датах… вполне достаточно, чтобы потомки возненавидели тебя на много поколений вперед. Они сделают всё, чтобы забыть твое имя. Ты будешь стерт, как позорное пятно, словно тебя никогда не существовало.
— Что касается дат, это ведь я натолкнул полицию на эту идею…
Тут Яне расхохоталась, запрокинув голову.
— Правда, братец? Но ты всего лишь сделал за меня мою работу. И что, после этого они поверили в твою невиновность?
В глазах Яне сверкнула сумасшедшая искра, и Винсент опустил взгляд в пол. Как он мог быть таким глупцом?
— Так вот зачем ты послала газету Рубену, — сказал он. — Чтобы помочь полиции разобраться с кодом.
— Газету? — Яне посмотрела на него с недоумением. — Теперь я тебя не понимаю, братец. Но наших стражей порядка иногда нелишне подтолкнуть в спину, в этом ты прав.
— Девушка с дельфином?
Яне закивала, улыбаясь.
— И нам везло иногда. Кеннет и она вместе слышали, как Мина разговаривала по телефону. Мы увидели в этом шанс. Кеннету не пришлось самому предлагать тебя Мине, достаточно было намекнуть Анне… Боже мой, некоторые вещи кажутся предопределенными свыше.
Мина… Винсент снова скосил глаза на бочку.
— При чем здесь Мина? — спросил он. — За что вы чуть не убили ее гвоздем?
— После того как Анна рассказала, как много значит для тебя Мина, мы просто не могли обойти ее своим вниманием, — ответил Кеннет. — А с фамилией Дабири она идеально вписывается в картину. Ты ведь всегда ненавидел и мусульман тоже, так?
Винсент почувствовал изменение в тоне его голоса. Похоже, они решили, что пора кончать с разъянениями.
— Ты, наверное, думаешь, что нас уже выследили, — сказала Яне, — что полиция локализовала звонок на твой телефон и теперь они знают, где мы находимся.
— Мина, просыпайся! — Винсент изо всей силы забарабанил кулаком в стекло.
