Преступник вошел во вкус и нарезал лишнего — сколько раз мы с этим уже сталкивались? Не понимаю, почему в данном случае нужно искать какие-то другие объяснения.
Винсент подался вперед и соединил руки кончиками пальцев. Рубен не мог взять в толк, откуда такая самоуверенность. Его тело буквально чесалось от раздражения. Неужели Мина на это поведется? Женщины… он никогда их не понимал.
— В том все и дело, что здесь прослеживается точное следование сценарию, — объяснила она. — С самого начала. Некто хорошо потрудился, сделав копию ящика, какие используют иллюзионисты, и повторил классический трюк — во всех деталях, исключая благополучную концовку.
Рубен пожал плечами:
— Ну… может, не совсем…
— Непохоже, чтобы это получилось у него случайно, — подтвердила Юлия и подошла к доске.
«Ла Перла», белый комплект», — мелькнуло в голове у Рубена.
Правда, никто из них с тех пор и словом ни помянул тот случай. Да и Торкель не представлял собой никакой угрозы. Рубен не был влюблен в Юлию, и все-таки… ему почему-то было приятно осознавать, что ее муж тоже был на том празднике.
Мина отступила в сторону, давая Юлии место у доски. Юлия задела ее локтем, и Рубен заметил, как исказилось лицо Мины, словно по ее телу пробежал электрический разряд.
— Линии порезов строго симметричны, — заметила Юлия. — Совершенно очевидно, что это не случайность. Но совсем не обязательно видеть в этом цифру. Мы ведь не знаем контекста.
Юлия повернулась к Педеру и Кристеру. Педер устало кивнул.
— А что известно о месте, где ее нашли? — спросила Юлия.
Тишина. Рубен бросил ручку, так что та упала прямо перед Педером, и тот вздрогнул.
— Что такое? — Он заспанно оглядел коллег.
