Менталист. Конфронтация

Магия волнами прокатывает по телу, снимая жар и прогоняя усталость. Напротив устроилась Лара, внимательно смотря на меня по-кошачьи раскосыми глазами.

Как начать разговор? Я ещё не восстановился, но должен попробовать выжать из моей поездки максимум. Сеть на сефероне отключена, не хочу, чтобы меня беспокоили из города.

Недуг Лары прост, но только с одной стороны. С точки зрения логики, если такое понятие вообще применимо в мире меча и магии, Лара является постоянным потребителем энергии.

Дар девушки не активировался.

Магов в этом месте немного, они редко встречаются даже в таком густонаселённом городе, как Новая Москва. Девушка понемногу умирает, как батарейка, у неё есть свой ресурс. Почему она ещё жива? Всё просто, само тело способно регенерировать, вырабатывать энергию, чтобы поддерживать баланс.

— Ты много ешь, верно? — наугад бросил я.

— Кто тебе сказал? — чуть скривилась Лара, бросая взгляд мне за спину.

— Да, много, — раздался голос сзади. Снова Герман, как он так неслышно ходит? Мужчина сел рядом с дочерью, оправдываясь: — Я ему не говорил.

Я снова осмотрел девушку, представляя, какой бы она стала, не будь у неё паразитирующего ядра. Несомненно, красивой, даже очень. Простая одежда, фигура, заставляющая большинство мужчин смотреть с жалостью, а не с вожделением, грубоватые руки от бесконечной работы.

С другой стороны, её лицо, острые скулы, полные губы, огромные глаза, в них крылась ирония, в голосе слышался сарказм. Лара стерпела много шуток, её броня крепка, мир видится ей ровно таким, каков он есть.

— Я думаю, что знаю, что с тобой происходит, — не желая обнадёживать, аккуратно начал я.

— Невелика новость, — разочарованно проворчал Герман. — Мы давно это выяснили, я чуть по миру не пошёл, но нашёл мага, который рассказал мне о нераскрывшемся даре.

— Что он ещё говорил? — заинтересовался я.

— Сказал, что нужна повторная инициация, но не простой сферой, а золотой…

— Папа! Ты ещё сказки вспомни! — раздражённо воскликнула Лара. — А может, мне нужен принц? Чтобы облобызал меня, и я снова стану прежней. Ты же узнавал, никто никогда не видел золотой сферы!

— Я видел, — скромно вклинился я в диалог отца и дочери.

За столом повисла тишина.