Менталист. Конфронтация

Герман просиял, а вот в глазах Лары зажегся нехороший фанатичный блеск. Вот дурак, всё-таки обнадёжил. В теории Шувалова сомнений не было, слишком уж всё стройно выглядит.

— Ты видел золотую сферу? — сомнения в голосе Лары можно было черпать вёдрами.

— Да, я инициировался второй раз. У меня была схожая с твоей ситуация, — да, немного приукрасил, но сейчас ей требовалась помощь. — Я знаю, как тебе помочь.

— Не тяни, — Герман лёг грудью на стол, заглядывая мне в глаза.

— Сейчас я занимаюсь изучением Врат, — придумывал я на ходу.

— Нет, — отрубил Герман, поднимаясь. — Мы найдём другой способ.

— Но, папа?! — возмутилась Лара, вставая следом за ним. — Давай обсудим.

— Тут нечего обсуждать, я потерял твою маму и не смогу пережить это снова, — обрубил хозяин таверны.

Парочка удалилась, не прекращая спорить, а я отправился наверх.

Центуриончик поднял голову, когда я вошёл в комнату, он выглядел уже значительно лучше.

Собирая вещи, я наклонился, зашипев от боли. Зверёныш покосился на меня, сверкнув глазами. Мне бы такую регенерацию, как у него, пожалуй, стоит провести опыты, чтобы выяснить, как ему это удаётся.

Видимо, мои мысли отразились на лице, потому что монстрик прищурился, отодвигаясь подальше. Вот-вот, лучше подумай об этом, дружок, ко мне по каплям возвращалось хорошее настроение.

— Пошли, приятель, пора заняться делами.

Я похлопал по бедру, открывая дверь и приглашая питомца наружу. Такой привычный жест, каким зовут пса, но пришелец послушно пошагал за мной, лишь в коридоре на секунду притормозил, оглядываясь. Мол, хозяин! Ты там идёшь вообще? И куда там дальше? Может выйдем через окно?

Не знаю, правильно ли это, одушевлять отродье Врат. Но по-другому я не мог, чувствовал, что так будет неправильно. За последние дни я понял, что монстры тут люди, а вовсе не он.

В планах было последний раз войти во Врата, а затем отправится домой. На стойке, отдавая ключ от комнаты и расплачиваясь за мясо для центуриончика, кинул взгляд на хмурую Лару.

Она протирала столы, лицо опухшее, глаза красные. Видимо, спор длился долго. Герман был подобен туче, того и гляди, засверкают молнии. Пока я расплачивался, Лара не сводила взгляда с отца, в нём было столько надежды, что мне стало неуютно.