Онлайн-библиотека книг
— Что открыть — виски или коньяк? — спросил подоспевший официант, как только водка закончилась.
— Все равно, — сказал Шабанов.
— Подожди, как «все равно»? — возмутился шеф. — Если все равно, пей «паленку» по тридцать рублей за бутылку. Конечно, виски!
От девичьего стола раздался очередной взрыв громкого смеха. Четверо мужчин распрощались: чиновники ушли, а бандиты остались. Они сразу раскрепостились, развалились на стульях, послали девушкам бутылку испанского шампанского, себе заказали еще коньяка и принялись оживленно обсуждать что-то, очевидно, состоявшийся разговор.
«Сейчас бы вас, гадов, прикладами по почкам, в наручники и в СИЗО! — злорадно подумал Шабанов. — Да по десять лет за фактически совершенные преступления! Только ведь не дадут, они многих кормят…»
Он посмотрел на девушек. Красивая брюнетка с длинными волосами смотрела на него и улыбалась ангельской улыбкой. Она была гораздо утонченней и изящней, чем Марина.
— Давай за то, чтобы ты вписался в Систему.
Шабанов не отводил глаз от длинноволосой брюнетки. И вдруг она стала водить языком по внутренней поверхности щеки, гоняя по кругу небольшой бугорок нежной кожи. Зачем она это делает? Неужели так открыто обещает…?!
— И еще одна твоя задача, — вдруг сказал Петрицкий. — Ты будешь курировать все дела по наркоте. Воскобойников подскажет тебе, что надо делать. Он ведет оперативную работу, ты — процессуальную.
«Ничего себе!» — Виктор вынырнул из приятных волн опьянения и даже перестал смотреть на брюнетку.
— Разве это процессуальная деятельность? За это в подъезде вполне могут пулю в затылок загнать!
Шеф развел руками.
— Волков бояться… Ты же офицер милиции, а это профессия повышенного риска.
Тем временем Грачев и Ларионов подошли к девушкам, коротко переговорили и повели длинноволосую брюнетку и блондинку с прической каре по узорчатой чугунной лестнице.
— Что там, наверху? — спросил Шабанов."
"— Антресоли с диванчиками и низенькими столиками. Там едят десерт, пьют кофе, ну, и делают еще кое-что… Так ты согласен на наши условия?
«А куда мне деваться?» — хотел спросить Виктор, но воздержался.
