Онлайн-библиотека книг
Андрей сразу понял, что это ребёнок, и сердце больно ёкнуло — перевидав горы трупов, он так и не смог привыкнуть к виду мёртвых детей.
Махнув рукой женщинам, он присел на корточки и размёл снег с холодного лица, на котором не таяли снежинки.
Девочка лежала с закрытыми глазами, обеими руками прижимая к животу полупустой вещевой мешок.
Лариса! Какое красивое имя у неё было. Хотя почему было? Андрея словно что-то в грудь толкнуло. Резко притянув к себе девочку, он подхватил её на руки и побежал к палатке.
Рядом с ним спешили Лера и учительница. Неловко толкаясь под локоть, учительница смотрела на Ларису расширенными глазами, и её губы безотчётно произносили:
— Господи, если Ты есть, Господи…
Сейчас Марине Александровне не казалось удивительным то, что она, убеждённая коммунистка, поминает Господа. А кого ещё просить о заступничестве?
* * *Покрывшись гусиной кожей, полуголая Катя сидела на своей койке и давила вшей осколком стекла.
— Я буду думать, что вши — это немцы, — заявила Катя, — убил вошь — помог фронту.
Чтобы подбодрить подруг, которые тоже просматривали складки одежды, она завела патефон и натянула на плечи гимнастёрку.
— Уходишь? — спросила Маша, которая стояла у стола и огромным угольным утюгом проглаживала наволочки для всего взвода в целях вшивой профилактики.
— Да, пойду к своим. Маруся мне подписала увольнительную.
Спускаясь с крыльца, Катя зажмурилась от яркого солнца, позолотившего корку снега возле крыльца. От щекотки в носу она по-кошачьи чихнула и невольно улыбнулась, подставляя лицо под солнечные лучи.
Знакомая дорога почти не отражалась в памяти, настолько привычными стали закопчённые развалины домов. Около пёстрой стены с клочками обоев Катя подняла голову и посмотрела на кровать, зацепившуюся ножками за оконный проём.
На тротуаре Катя поддержала под локоть старушку, опиравшуюся на лыжную палку.
— Спасибо, доченька!
К ней повернулось тёмное лицо, изъеденное красно-синими цинготными пятнами.
