Онлайн-библиотека книг
Сама собой закрутилась мысль, что надо бы достать колбасы Кате, вот бы она обрадовалась!
После выпитой рюмки Иван подобрел и уже не смотрел вокруг себя таким волком.
Он почти ничего не ел и то и дело подкладывал закуски на Ликину тарелку.
Женя со склада напропалую ухаживал за Надей, а Манюня, плотно придвинувшись к стулу Сергея, бормотала всякую чушь, перемежая речь восклицаниями:
— Правда тебе здесь нравится? Правда весело?
Мрачнея с каждой минутой, Сергей согласно кивал, но после фокстрота, во время которого Манюня сделала попытку повиснуть у него на шее, не выдержал:
— Мне пора.
Манюня побежала сзади и, пока он надевал бушлат, стояла рядом с глазами несчастной собаки:
— Серёжа, ну пожалуйста, останься ещё хоть на полчасика!
— Не могу, меня ждут в Ленинграде. — Он вдруг сам уверовал, что сказал чистую правду и его действительно ждут в Ленинграде, очень ждут. Если поспешить и машину быстро загрузят, то к утру можно успеть сделать рейс сверх нормы и заглянуть в казарму к Кате.
Прогонит — значит прогонит, но поговорить с ней необходимо.
* * *"
"Городская сводка по Ленинграду.
3 февраля, вторник
С того времени, когда Государственный Комитет Обороны принял решение о строительстве железнодорожной ветки Войбокало — Кобона — Коса, прошло немногим более 20 дней. И вот уже завершены подготовительные работы и началось строительство. Сильный мороз с ветром никого не остановил. На трассу вышли тысячи людей[28].
* * *Бред накатил на Катю горячими волнами, из глубины которых появились расплывчатые фигуры разного цвета.
Подруга Оля увиделась тёмной, почти чёрной. Она неподвижно смотрела перед собой широко раскрытыми глазами, но Катю не замечала, оставаясь за чертой ледяного круга.
Измученная, Катя снова заснула, погрузившись в новую волну, откуда к ней тянулись руки ленинградцев, которым она не смогла помочь. Где-то между приливами волн в Катином воображении жил Сергей. Исхудавший, с острыми скулами и милой косенькой улыбкой, он пробивался к ней сквозь хлопья снежного бурана над Ладогой.
