Рагнар открыл глаза и отпихнул морду гнедого, вздумавшего полизать нового хозяина. Второй всадник тоже пришел в себя и с трудом поднялся на ноги, опираясь на огромный лук:
– Ты чего, ездить учишься, чучело северное?
Викинг вытащил меч:
– Да, а сейчас буду упражняться в фехтовании, эльфийский ездюк.
– Я такой же эльф, как ты наездник.
– Ну да, а уши тебе крысы обгрызли?
– Просто совпадение.
– Не боись, сейчас подровняем.
В течение этого диалога противники грозно ходили кругами, постепенно сближаясь, один с мечом, другой с луком.
Ширл взвился между ними, сам толком не понимая, что делает.
– Хватит! – заорал он. – Сначала чуть не угробили лошадей, а теперь решили друг друга поубивать. Рагнар! – Дракончик от ужаса сделался необычайно строгим и внушительным. – У нас Очень Важное Дело, и мы должны спешить, а у тебя, – он повернулся к лучнику, – наверняка найдется занятие поинтереснее драки из-за пустяка.
– Пустяка? Я чуть шею себе не свернул, – гневно выпалил незнакомец.
– Я был для вас помехой справа! Элементарных правил не знаешь. – Он снова повернулся к викингу.
– Тоже мне помеха, – хмыкнул Рагнар. – У меня была главная дорога.
– И как только ваши варварские племена до сих пор живы? – Лучник возвел глаза к небу. – Какая, по-твоему, дорога называется главной?
– Главная дорога та, по которой еду я! – Викинг поднял меч над головой, готовый отразить стрелу. – А такие помехи, как ты, – правая бровь презрительно изогнулась, – я даже не замечаю.
Ширл, онемев от ужаса, увидел, как побелели пальцы лучника, готовые сорваться с тетивы.
– А-атставить! – вдруг завопил он, зажмурив один глаз и разведя лапы в стороны.
Дуэлянты на мгновенье смутились, удивленно глядя на Ширла. Рагнар открыл рот, чтобы что-то сказать, но вместо этого выронил меч и повалился навзничь. Дракончику показалось, что викинг падал целую вечность. Не помня себя, Ширл бросился к нему на грудь.
– Ты убил его! Убил! Взял и убил! – кричал он дурным голосом, ощупывая тело Рагнара в поисках раны.
Лучник изумленно переводил взгляд с викинга на стрелу, до сих пор зажатую в руке, и обратно и только слабо мотал головой в свое оправдание. Дракончик исползал друга вдоль и поперек и вдруг замер, поняв, что викинг абсолютно цел. Тогда Ширл перестал голосить, и в образовавшуюся тишину проник тихий, как далекий гром, храп. Дракончик обессиленно уселся на Рагнара, ритмично колыхаясь вместе с его грудной клеткой.
