– Ширл, сидя на плече скрита, обозревал окрестности поверх толпы.
– А что это значит?
– Поедатели Голов.
– Прелесть какая."
"Распихиваемые люди недовольно гудели, но спорить с Рагнаром никто не решался. Вскоре показались деревянные подмостки. Компания протолкалась к самой сцене и замерла в ожидании. Музыкантов еще не было. В глубине стояли огромные барабаны, а на краю – два чудовищных размеров рога. Каждый рог был закручен вокруг оси, а выходное отверстие в высоту достигало роста взрослого тролля. Викинг повернулся к Ширлу:
– А это еще зачем?
– Для звука особенного.
Они будут играть на гитарах в эти рога.
– На чем?
– На гитарах, это вроде мандолины или волынки.
– Так бы сразу и сказал.
В этот момент на сцену выбежал гном с косичкой, в черном кожаном плаще, и заорал:
– Вы готовы?
Толпа колыхнулась в едином порыве:
– Да-а-а!
– Тогда встречайте! Хэ-э-эд Итерс!!!
Визги и вопли заставили площадь содрогнуться. Все факелы разом погасли, и толпа притихла. Послышался звук далеких труб.
Лунного света было достаточно, чтобы увидеть четверых зомби, которые черными силуэтами появились на сцене. Один сел рядом с барабанами, остальные подошли к краю. Стоявший в центре поднял руку и рыкнул:
– Хай!
– Это чего значит? – Рагнар пихнул Ширла.
– Добрый вечер, говорит.
– Емко.
Двое других достали из-за спин гитары и подошли к рогам. Полился мелодичный перебор струн, приятный, но несколько однообразный. Викинг наклонил голову к скриту:
– А что, вроде терпимо.
И вдруг началось. Сначала барабанщик лупанул по всем своим инструментам с такой силой, что первые ряды слушателей пошатнулись. Потом гитаристы прильнули к рогам вплотную и рванули струны костлявыми пальцами. Волосы на голове Рагнара зашевелились, то ли от ужаса, то ли от урагана, поднятого волнами звука. Тот, который здоровался, открыл рот, крикнул что-то типа «Хэй!» и начал петь. Викинг, пытаясь перекричать весь этот грохот, нос к носу припал к дракончику:
– А чего он второй раз поздоровался?
– «Эй!» на всех языках «эй».
А там было – «Хай!». Понял?
Одновременно с первыми звуками песни вспыхнули два огромных костра в больших железных вазах. Певец хрипел и рычал, гитаристы перепиливали свои инструменты с такой скоростью, что рук не было видно, а ударник с перекошенным лицом пытался палочками пробить в барабанах дырки. Звук был такой, как если бы великан взял огромный мешок с доспехами и стал долбить им о камень. Толпа бесновалась.
