В отличие от Лео, бездействие доктора Доу ее, вероятно, не шокировало, учитывая все то, что она слышала о нем от брата…
«Нет! – Лео одернул себя. – Ее брат не знает доктора Доу! А я знаю! Он здесь. Он не мог прийти просто, чтобы полюбоваться на хирургические машины! А это значит…»
Что это значило, Лео не мог разгадать как ни пытался. Следя за каждым движением рассматривающего механизмы доктора, он пытался уловить в них хоть что-то. Все, что сейчас творилось в лаборатории некромеханика, казалось чистым безумием – абсурдом! И все-таки…
«Что же вы задумали, доктор Доу?.
.»
…Что бы Натаниэль Френсис Доу ни задумывал, он ни с кем этим делиться не стал.
Дойдя до конца прохода, доктор быстрым взглядом окинул помост с подготовленными мертвецами и достал из жилетного кармашка часы. Время еще было…
Вернув часы на место, доктор Доу направился обратно к пятну света, где в облаках белой пыли от мела суетился хозяин лаборатории.
Остановившись в нескольких шагах от некромеханика, он несколько мгновений изучал мертвеца в раме, а затем перевел взгляд на чертеж.
– Не могу не оценить ваши схемы. Как вы решили вопрос равновесия?
– Гироскопы.
– Разумеется, – покивал доктор Доу.
Доктор Загеби аккуратно и предельно точно, несмотря на свою внешнюю нервозность, вырисовывал символы на доске. Никакой грязи, ни одной помарки. Идеально…
– Полагаю, именно вы – причина недавнего гула на станции? – спросил некромеханик, не поворачивая головы. – Уже познакомились с моими творениями?
– Скажем так: имел удовольствие их лицезреть.
– Могу я узнать, кто вы и что вам здесь нужно? Я уверен, что мне не сообщали о посетителях.
– Прошу простить мне мою бестактность, – сказал доктор Доу и представился.
Загеби на миг замер, а затем продолжил формулу. Нарисовал скобку, изобразил витиеватый знак, похожий на крестик с крючками.
– Доу? Бывший заместитель главного хирурга из Больницы Странных Болезней?
– Откуда вы обо мне узнали?
– Доктору Морггу многое известно.
Натаниэль Доу поморщился. Он считал, что люди, которые говорят о себе в третьем лице, заслуживали быть насильно накормленными пилюлями либо от напускной богемности, либо от диссоциативного расстройства личности.
В первом случае эти типы вызывали у него желание вернуть каждого из них обратно в их патетичное, претенциозное тельце каким-нибудь едким замечанием. А во втором… что ж, они были явными клиентами лечебницы для душевнобольных.
Что касается доктора Загеби, то его безумие было выражено не особенно ярко.
