Мертвец (СИ)

А потом я совершил откровенную глупость. Видно от боли у меня в голове что-то помутилось.

Я попытался объяснить мужчине, что я его не понимаю... в лицах.

В тот же момент лицо мужчины исказила жуткая гримаса ненависти. Выхватив у палача раскалённый прут голыми руками, он что есть силы воткнул его в меня. Этого я уже не смог выдержать...

Очнулся я в своей камере, но так как болело абсолютно всё, и не было сил даже двинуть мизинцем, сразу же вырубился. Перед этим, правда, успел мельком удивиться тому, что после всего пережитого я всё ещё жив.

На следующее день, меня опять вытащили из камеры и куда-то повели. Когда мы прошли поворот к пыточной, я не смог сдержать облегчённого вздоха.

Голова варила с трудом. Я даже на секунду подумал, что меня теперь отпустят.

Меня вывели на небольшую площадь перед входом в замок. Там моё тело передали молчаливым всадникам. Закрытые плащи с глубокими капюшонами, которые были на них одеты, не вызывали у меня хороших предчувствий. Но сил сопротивляться уже давно не было.

Снова в дороге. За два дня нашего совместного пути, всадники ни разу со мной не разговаривали. Не раз и не два они говорили друг с другом, но каждый раз делали это настолько тихо, что я, как не силился, не мог услышать не единого слова. Хотя чем мне могло бы помочь, услышь я хоть весь их разговор? Языка то я не знаю.

Ночью я частенько в отчаянии глядел на луну и жаловался на свою судьбу. Здесь она была чуть меньше своей сестры с Земли, но светила куда ярче. Её мертвенный свет в ясные ночи мог поспорить даже с солнечным.

С утра третьего дня мы въехали в какой-то город. Недавний сценарий повторился. Меня отконвоировали в местную цитадель и о неожиданность! Посадили в темницу.

Здесь я пробыл всего один день. Прямо посреди ночи меня разбудили стражники, и повели наружу. По пути к нам присоединились другие заключённые под стражей.

Во дворе замка нас всех уже ждали.

Две кареты с зарешёченными окошками. Четверо всадников, две возницы в тёмных закрытых доспехах. У всех мечи и щиты.

Меня и сотальных заключённых стали заталкивать в кареты. Стражники. Войны в доспехах будто застыли в своих позах. Они даже не шелохнулись до того момента, как всех нас погрузили в кареты.

Ни произнеся ни слова возницы тронули поводья. Когда мимо нашей кареты медленно проехал один из сопровождающих нас всадников, заключённые все как один отхлынули в другой конец.

А всё потому, что от всадника повеяло, самым натуральным могильным холодом.