Мертвец (СИ)

И только вблизи становятся заметны их основные отличия. Слегка заострённые зубы, чуть заострённые ногти и главное: оранжевые глаза без признака радужки, с вертикальным зрачком.

Задумавшись я и не заметил, как моё тело на автомате прошло почти половину расстояния до Оазиса. Вернув себе контроль над телом я откланился в сторону и стал обходить поселение по дуге. Убедившись, что опасность миновала, я вновь задумался.

Мои размышления были весьма неутешительны и касались специфики моего нового тела. Со скрипом, я был вынужден признать что нежить из меня вышла не очень.

Ни тебе ночного зрения, ни возможности насылать паранормальный страх. Никаких плюшек. Хотя парочка всё-таки есть.

Во-первых в моём худосочном теле теперь скрывалась недюжая сила. Я мог запросто поднимать вес раза в полтора больший, чем обычно. И мне кажется это далеко не предел.

Во-вторых у меня теперь был неограниченный запас сил. Я мог идти хоть пять дней подряд, не делая передышек. Была ещё и возможность бега, напоминающего быструю походку, но он плохо сказывался на теле.

Под конец дня в режиме "форсажа", я заметил, что тело начала охватывать знакомая слабость. Та самая, которая предвешает появления пожирателя. Перекусив мясом, которое взял из запасов Арита, я решил прекратить эксперименты с бегом.

Тем не менее все эти плюсы меркнут перед одним жирным минусом: моей заторможенностью. Заторможенностью, как в мыслительной деятельности, так и физической. Медленный и неуклюжий труп.

- Алмапах си караш?! - резкий возглас выдернул меня из раздумий.

За ним тут же последовал лёгкий тычок в плечо. С трудом удержав равновесие, я повернулся на звук.

Рядом со мной будто из под земли появились два всадника.

Оба в плотно подогнанных кожанных доспехах. Вооружены. В руках копья, а к сёдлам приторочены сабля и щит.

На голове у каждого толи чалма толи тюрбан, я в этом не разбираюсь. Лица закрыты. Только глаза сверлят меня требовательным взглядом. Один из них не дождавшись от меня ответа хотел было опять ткнуть в меня тупым концом копья.

- Арггхээ? - забывшись, я попытался сказать что-нибудь вслух. Сам же судорожно дмал как мне выпутаться из сложившейся ситуации. Наверняка, эти пустынники заметили меня из деревни.

- Чегхо?! - на ломанном архорском воскликнул всадник. В его голосе явно слышалось раздражение. В этот момент мне в голову и пришло решение.

- Кхе, кхе, акхеее, - нарочито громко кашляя, я сначала снял повязку, а за ней маску.